Про деньги, милостыню и котов

Юлия Кулакова

Ира сидела в трапезной и читала с середины книгу «Пасха Красная». Точнее – перечитывала уже в который раз. В какой-то момент она глубоко вздохнула и положила ее на стол. Чуть скрипнула дверь.

– Что, Ирусь? О чем задумалась? – окликнула ее Лена, входя.  

– Да вот... Страшно что-то стало. Все-таки деньги – зло.

– «Деньги – зло, посмотришь на цены и зла не хватает», – процитировала ее подруга известную шуточную интернет-мудрость. Но Ира не улыбнулась. Она снова открыла книгу:

– Вот, смотри, что отец Василий (Росляков), мученик, в дневнике писал. «Начертание на правой руке или челе – рука, считающая деньги и производящая коммерческие операции. Чело – бизнесмен. Все занято помыслами о золоте. Что бы он ни делал, он должен извлечь из этого деньги, иначе нет удовольствия от жизни. То есть все помыслы (чело) и все дела (рука) заняты добычей денег».

– Ты у нас в бизнесмены собралась? – хихикнула вошедшая вслед за Леной Рая.

– Да ну вас, – Ира даже руками всплеснула.  – Не понимаете?

 Лена и Рая с улыбкой замотали головами. Уж очень им хотелось в такой солнечный день между службами ни о чем тяжелом не думать. А Ира продолжила:

– Смотрите. Вот отец Василий считает, что речь про бизнесмена. А что, если это про каждого из нас? Мы же постоянно покупаем, покупаем. А некоторые и покупают, и продают тоже постоянно. Вот я помню – не каждый же день раньше ходили по магазинам? Мои родители, по крайней мере, точно – нет. А мы сейчас – каждый день ходим. Вместо прогулки – торговый центр. Вместо отдыха – в интернете что-то смотрим и заказываем. Откроешь что-то почитать в телефоне – а там тридцать три рекламы со всех сторон. И получается, что у нас и голова и рука только этим и заняты: деньги получить – деньги потратить. Мне сестра тут звонила. Говорит, начала на одной платформе продавать свои вещи и остановиться не может.

– Так разве плохо? – осторожно начала Лена. – Ненужные вещи продать!

– Так зачем было покупать? И ведь она и сейчас что-то покупает. Потом тоже продавать будет! Круговорот тряпья в природе.

– Ну, так-то да, но… ладно тебе. Её же вещи, – Рая развела руками.

– Да никто не говорит, что не её. Но вот знаешь, с соседкой разговорилась. Она знает, что я в церковь хожу... и вот говорит: испугалась смерти, молиться начала. А знаете, из-за чего испугалась? Она поназаказывала себе товаров всяких, некоторые придут еще через месяц-два, причем по одному, в разное время. А у нее умерла родственница. И Ольга вернулась с похорон и вдруг схватилась за голову: я, говорит, умереть могу, а вещи все идти будут! И так страшно ей от этой мысли стало, что она о душе задумалась и Богу молиться стала.

– Ну вот видишь, – примирительно сказала Рая. – И покупки, оказывается, кого-то могут к Богу привести!

– Ну, так-то, по преданию, и кто-то из святых на бесе в Иерусалим летал, – ответила Ира. – Не помните, кстати, кто?

И взяла телефон, чтобы посмотреть.

– Я это, – начала Лена.  – Не в защиту маммоны, так сказать, но шашкой махать не буду. Когда деньгам поклоняешься, или когда постоянные покупки страстью становятся – это, конечно, хуже некуда. Но...

– А сколько культов денег всяких, ритуалов! Вон, реклама курсов «как привлечь деньги»! – потыкала Ира в экран, продолжая искать.

– Но, – Лена села и скрипнула старым стулом, – если деньги тебе не идол, а инструмент – то вряд ли это плохо. Как ты без денег лекарства больному купишь, голодного накормишь? Храм построишь, в конце концов?

– Наше дело молиться, чтоб благотворители появились, – засмеялась Рая. – Мы столько с тобой не заработаем, чтоб храм построить.

– Так сначала благотворитель их заработать должен, чтоб благотворителем-то стать! Кстати. Читала в газете про один храм деревенский. Люди еще в начале 2000-х узнали о его строительстве и присылали кто сколько может со всей страны. От каждого – копейки. Но самих людей много оказалось. Кто-то прислал в конверте совсем гроши и приписал: «Простите, что так мало, я инвалид, но хочу помочь храму, помолитесь за болящего такого-то». И на первый этап строительства – хватило! Такой вот храм бедняков оказался.

– А я другое расскажу, – Рая оглянулась на притихшую Иру, которая явно нашла нужное житие и сейчас его читала.  – У меня тетя есть. И вот она в свое время поехала к подруге в село. А там пытались строить храм, верующих мало было. Она зарабатывала... ну, не так уж плохо, ей хватало. И собиралась искать новую работу. Но жалко ей стало видеть этих бабушек, которые в соседнее село ходили молиться и в зной и в мороз, и она отдала какую-то ощутимую сумму. Пожертвовала. И что думаете? В тот же день, в тот же! – звонит ей подруга и зовет на работу вместе с собой, они учились вместе. И там зарплата – не поверите. В десять раз больше. В десять!

– Не поверим, – улыбнулась Лена.

– Не вру! Хочешь, тете позвоню? Правда. И она с тех пор стала десятину на храм отдавать, на тот самый храм. И успешно все у нее пошло, она даже удивлялась, насколько успешно. Она в своем храме, в городе, куда ходить начала, рассказала об этом – а там не удивились. И несколько прихожанок, говорит, вспомнили истории, когда они давали кому-то денег на благое дело, милостыню там или что – а им вдвойне или втройне откуда-то приходили деньги! Вот так.

– Пишут, что это святой Иоанн Новгородский, – торжественно объявила Ира.  – А сейчас уже я расскажу тогда. У меня однажды было. Просила меня какая-то надоедливая тетенька на улице: дай да дай ей денег. А у меня только на карте, что я ей дам? Да и тетенька такая, что пропьет небось. Я разозлилась на нее. Посмотрела, сколько наличкой есть, отдала, иду злая. И в этот день мне вдруг дарят деньги. Просто так, шутки ради, с каким-то поздравить праздником, чуть ли не с Валентиновым днем. Коллега так пошутила, я ее там, мол, угощаю иногда – вот она мне дарит. И денег ровно столько, сколько я отдала нищенке! И мне стыдно стало. Я со злостью милостыню дала и с подозрением – Господь мне вернул. Не нужно такое, значит.

– И что ты? – Лена явно переживала.

– А я эти деньги и еще сколько-то перевела на помощь людям, при одном храме собирали. Потому что нельзя так.

– Я однажды тоже думала, давать или не давать бабушке с кружкой, – отозвалась Рая.  – А тут мимо шел бомж – и положил ей что-то в эту кружку. Ох вот тоже стыдно...

– «Даже с милостыни подавай милостыню»! Не помню, кто сказал, – кивнула Лена.

– Сейчас посмотрим, – Ира опять полезла в телефон.  – Что-то не нахожу!

– У кого-то и чело и рука все время телефоном заняты, – потрепала ее по голове Рая.

– А ведь да, – Ира отложила телефон.

– Ладно, ладно. С умом просто надо всем пользоваться, а не в крайности впадать, – отозвалась Лена. – Давай веселое расскажу. Однажды в детстве не хватало мне карманных денег на одну штуку. Заколка такая на косу, может – даже где-то до сих пор продаются похожие. Думаю, что делать. Помолиться, что ли? А что, я ж так все правильно делаю, и в церковь хожу, и родителей слушаюсь… ну, почти. Может, можно мне заколку? Просить у мамы денег лишний раз не хотелось. И вдруг смотрю – кот лезет за диван. И я за ним полезла! Чудом не застряла. И нашла там деньги, он монетки закатывал, оказывается. Купила заколку, остальное маме потом отнесла, она это тоже мне оставила.

– Святым Ангелов посылают, а тебе кота, – веселилась Рая. 

– Ну, ради заколки ангела посылать – это ты хватила, – заулыбалась Лена. – Животные нам же тоже не просто так даны. Помогают. Спасают даже. Соседи рассказывали – они дачу смотрели, чтоб снять, и взяли с собой кота в переноске и дочку, они потом к кому-то гостить тоже на дачу ехали. Там что-то слово за слово, кота выпустили, – кошку, мол, по традиции первой в дом раньше пускали... а кот давай кричать и побежал. Дочка маленькая – за ним. И тут как давай потолок сыпаться! В общем, и дочку кот спас, и дачу покупать такую не стали. Раз их не предупредили, что там аварийное все.

– Хозяева какие нечестные, – удивилась Ира.  – А вот пострадал бы ребенок, другие б пострадали? Ради денег... вот! Вот о чем я и говорю. Деньги вот что с людьми делают. А ведь про то, как трудно богатому спастись, – сказал же Господь!

– Ох, Ира, – махнула рукой Лена. – Любая страсть с человеком это делает. А то, что богатому спастись трудно – так конечно. Если там, как у того бизнесмена из книги, чело и рука заняты только наживой, – то не спастись. Или как богач из притчи про Лазаря: Лазарь сидел рядом, а он его и не замечал, все пировал. А если наоборот, если человек храмы строит и больных лечит – так почему не спастись-то? Милостыня, пожертвования – вот настоящее христианское делание, всегда ж об этом говорили.

– Про милостыню-то согласна... – Ира подалась вперед, сложив руки.  – А вот как думаете, если у тебя просят денег, а тебе жалко с ними расставаться, – это уже страсть или еще нет? 

– Наверно... Слушайте, я еще кое-что вспомнила! – сообщила Лена. – Нам на курсе девочка рассказывала. Она однажды хотела на улице подать милостыню нищему, а денег при себе вообще не было. Думает: как жалко, что не взяла. И тут в подворотне ветер, и чуть ли не ей в руки летит купюра! Небольшая, но купюра. И никого вокруг. И она вернулась и положила в кружку нищему. И так радовалась! Не знаю, верующая она или нет, но говорит: «вот прямо Бог послал, точно». У нас некоторые сказали – зря, себе б лучше взяла. Не знаю, я б в такой ситуации тоже к нищему бы вернулась. И тоже считаю, что это Бог послал!

– Так, граждане проповедники, – теперь уже Рая склонилась над своим телефоном, – тут дело есть. По спасению. И душевному, и телесному. Наши ребята тут вот пишут – собирать сейчас будут семьям с больными детьми на лечение. Давайте участвовать, что ли?

– «Даже с милостыни подавай милостыню», – улыбнулась Лена, посмотрев на свой денежный счет.  – Пересылай сообщение с реквизитами, а то долго лезть!

– Конечно, участвуем, – обрадовалась Ира. 

И подумала о том, что подкрепить слова делом – всегда хорошо.  

РУКА ДАЮЩЕГО НЕ ОСКУДЕВАЕТ!