Суть духовного кризиса – богоотступничество
![](/images/temp/sut_duhovnogo_krizisa_bogootstupnichestvo/000_l.jpg)
Сегодняшнего собеседника знаю давно. Протоиерей Александр Куренков – бывший староста нашего иркутского Михаило-Архангельского прихода. После рукоположения 5 лет служил в городе Тулуне Иркутской области настоятелем Никольской церкви, и вот уже 6-й год – настоятель в строящемся храме Петра и Павла в городе металлургов Шелехове. Отец Александр – глава многодетного семейства, с помощью своих прихожан и жертвователей (главный из которых – инициатор строительства храма бывший директор Иркутского алюминиевого завода Игорь Гринберг) возглавляет возведение собора, которому по величине нет равных в Иркутской митрополии. Предлагаем вниманию читателей беседу с ним.
Спасение
– Вот вроде много лет уже ходишь в храм, и все же вопросы о главном – спасении, – порой, остаются. Сказано: ничто нечистое не войдет в Царствие Небесное; и сказано: пришел грешныя спасти… Значит ли это, что Господь что-то сделает с нашими грехами (с которыми все равно подойдешь к смерти), чтобы мы попали-таки в Царствие Божие?
Еще. Вот известный австралийский роман «Поющие в терновнике». Там молодой католический священник Дэн прожил абсолютно праведную жизнь в вере и погиб, спасая двух тонущих женщин. Неужели Господь не возьмет его к Себе? И вообще видишь инославных прекрасных людей и любишь их – и все время боль: они-то ведь не спасутся…
– Вопрос о спасении – основной в нашей христианской жизни. Что мы подразумеваем под спасением, как к своей жизни это прилагаем, так она и складывается. Мы много читаем о спасении, о стяжании Духа Святаго, что спасение – это обожение человека. Но самое главное, как это делание спасения своей души мы прилагаем к своей жизни. Если эти усилия ставим во главу угла, тогда, конечно, наша жизнь начинает меняться, а если рассуждаем и живем, как привыкли жить, то все эти рассуждения так и останутся на уровне наших интеллектуальных поисков. Вы спрашиваете, Господь что-то сделает с нашими грехами, чтобы мы попали в Царствие Небесное? Да, конечно же. Господь для этого и умалился до плоти человеческой, пришел в наш мир, чтобы избавить нас от власти греха. Он взял на себя, как мы знаем, все грехи человечества, чтобы нам наследовать Царствие. Не из-за того, что мы достойны, какие-то избранные, а чтобы была возможность нашего спасения. Сам человек излечиться от порабощения греху без Бога не мог. И то усилие, которое мы прилагаем ко спасению, усилие, основа которого – покаяние, – это необходимое условие для спасения человека.
Что касается инославных: Господу дано вершить Суд, а не нам.
Вина
– Почему чувство вины перед близкими умершими людьми так велико и сокрушительно, что помнится больше зло, которое им сделал? И знаешь: были бы они живы (воскресли бы вдруг) и ты успел еще раз повиниться пред ними – простили бы. Любят. Но ведь Бог любит всех нас неизмеримо больше. Значит, тоже простит?
– Вина – это внешнее проявление нашего покаяния. Оно приводит к осмыслению нашей вины. Если человек не кается, ему и виниться не в чем. Покаяние красной нитью проходит через все учение Христа о спасении. Христианская вера единственная нам говорит о покаянии. Адам после грехопадения плакал от чувства вины. Весь мир, окружающий его, ниспал вместе с ним. Человек, согрешая, нарушает всю гармонию мироздания. Чувство вины перед нашими близкими, когда мы совершаем небогоугодные поступки, конечно же, есть следствие нашего покаяния. И конечно, эти люди, если они христиане, нас бы простили. Так же и Господь, когда мы обращаемся к Нему с покаянием, прощает нас. Он дает нам средство для излечения от греха – Таинство исповеди. Если бы не было покаяния, и апостолы бы не спаслись. Петр, как мы знаем, согрешил, и апостол Павел был хулителем Бога. Покаяние – то средство врачевания нашей души, которое и приводит человека к спасению.
Воля
– Батюшка, многие верующие дети, взрослея, напирают на свою свободную волю (вот научили на свою голову…). Требуют и требуют свое, поступая по собственному разумению. Где грань между Божиим промыслом, послушанием родителям и свободной волей человека? Знаю одиноких матерей, которые, не в силах совладать с детьми, просят: «В руце Твои, Господи, предаю чад своих…».
– Грани, о которой Вы говорите, нет. Есть Божий промысл о спасении ребенка – это его послушание родителям. А свободная воля дана человеку не для того, чтобы он совершал грех, а чтобы был образом и подобием Божиим. Бог-то сотворил человека для блаженства, для любви. А если бы Он не даровал ему свободную волю, как бы человек мог любить? Любить может только свободное существо. Поэтому наша свободная воля не как мы ее понимаем, а как Господь даровал – это служение Богу в любви, мире и радости. Воля – дар Божий, чтобы мы могли любить. Любить Бога, родителей. И задача родителей не предоставлять детей такой воли, чтобы они делали, что хотели, а воспитать их в правильном понимании тех талантов и ценностей, которые им даровал Господь. Чтобы они принесли им пользу, а не разрушение, чтобы ребенок вырос человеком благочестивым, знал, как ему распоряжаться своей волей, разумом, телом и душой, чтобы понимал, куда направлять усилия, с чем бороться и чему противостоять.
Молоток
– Иркутск потрясла история с «молоточниками» из Академгородка. Вчерашние школьники садистски убивали случайных прохожих, не пощадили даже мальчишку, катавшегося с горки. Убивали, в общем-то, «просто так», сами толком не зная зачем. Одна из их бывших учительниц из 19-й школы говорила, что все это от пустоты жизни современной молодежи.
Исходя из множества фактов, анализируя происходящее с молодыми людьми, все чаще с сожалением думаешь, что у многих из них почему-то утрачивается сама воля к жизни. Как Вы думаете, это только одно «потерянное поколение» или общая тенденция развития цивилизации потребления?
– Пустоты в этом мире не бывает: человек служит или Богу, или духу нечистому. Сегодня самая большая уловка этого духа: он сумел внушить людям, что его вообще не существует, что человек живет по каким-то своим желаниям, не понимая, чьи желания на самом деле он исполняет и кому подчиняется. И как следствие служения духу нечистому, когда человек отходит от Бога, – проявление разных серьезных духовных нарушений, потому что совершать такие поступки человек разумный не может. Это некая одержимость злым духом. Сатанизм – это вообще прямое следствие любого богоотступничества, в какой бы форме он ни проявлялся: бытовой, извращениях, убийствах. Это все уже было в истории много раз. Достаточно вспомнить Содом и Гоморру. Если мы сегодня не вспомним о том, что мы христиане, что у нас есть история, культура, вера наша, это будет не просто потерянное поколение, это будет потерянный народ. Я бы не сказал, что у нас проблема только с молодежью, у нас проблема с разными слоями населения, с разным возрастом. Проблема наша, что мы сегодня теряем общество на всех возрастных позициях. Суть духовного кризиса, который охватил наш народ, – это богоотступничество.
Суд
– Сколько бы мы ни читали Откровение, святоотеческую литературу, все же очень трудно представляется Суд (или не надо и представлять?). Будут ли там, скажем, «обнародоваться» исповеданные грехи? Люди воскреснут в своих телах. Но ведь не введет же Господь в Свое Царство умалишенных, маразматиков или людей с уродствами, просто некрасивых или весящих 170 килограммов. Значит, тела все же будут другие?
– Грехи исповеданные, конечно, обнародоваться не будут, это наше Таинство покаяния, то, на чем мы стоим, воспоминание об этом грехе не будет даже произноситься. Люди воскреснут в своих телах, но не в тех, в которых мы сейчас живем. Они будут материальные, но иные, материальность их будет несколько иная, не будет смертности. Господь ведь в теле воскрес, но оно уже имело другие свойства. Он ел с учениками, но мог проходить сквозь запертые двери… Мученик Ипполит говорил: мы верим, что воскреснем в телах обновленных, чистых, то есть без изъянов. Формы будут идеальные. Если так сравнить: у цветка есть корень и есть бутон, и корень – сущность, и бутон тоже. Так и наши тела сегодня – корень, а тела обновленные будут отличаться как корень и бутон. А узнавать в Царствии люди друг друга все равно будут. Как, например, душа в Крещении изменяется, а человек остается внешне узнаваемым.
Радость
– Почему в жизни так мало радости? Недавно собрались на день рождения верующего человека, и все быстро заметили, что разговоры за столом все время скатываются к негативу. Заметили и пробовали уйти в светлое – почти не получалось. Увы, вокруг нас изобилие вещей, машин, еды. Большинство людей хорошо одеты, имеют кров. Но так редко увидишь радостного человека или рассказывающего о чем-то добром.
– Радость земная, так ее назовем, зачастую Богом для нас закрывается, потому что, когда мы живем жизнью просто земной (ну, свадьба близких, праздники, какие-то успехи в творчестве), это радует. Но когда мы становимся людьми религиозными, церковными, когда свои чаяния направляем к Богу, то Господь ведет нас к высшей радости. Той радости, которой наполнено Евангелие. Господь, приуготавливая нас к вечности, желая нам спасения души, вводит нас постепенно в этот мир духовной радости. А для этого закрывает нам врата радости земной. Потому что невозможно на двух табуретках усидеть. Когда мы цепляемся за земную радость, испытываем чувство тоски, страха. То есть пока в нас живет не Бог, а наши страсти, человеческие желания, до тех пор в нас и живет эта печаль. Когда же мы переносим духовный взор туда, в горнее, тогда с нами и происходит внутреннее изменение, мы начинаем жить миром духовным. Как апостол сказал, Духом живем, Духом и ходим. В этом и заключается христианское делание, усилие, которое ведет к изменению нашего внутреннего мира. Если бы мы Духом жили, мы бы об этом только и говорили, мы бы к этому и стремились и в этом бы и жили. А так как мы больше живем земным, то и радость у нас быстротечная. Чтобы быть радостным, как батюшка Серафим Саровский встречал всех словами «радость моя», это же не просто слова приветствия, это же полнота его сердца изливалась, для этого надо прилагать усилия, чтобы жить в Духе.
Чудо
– Нам, маловерам, так хочется чуда. Но ведь если разобраться, какое-то удивительное совпадение, чудо – оно только для нас таковое, а для Бога лишь обычное свидетельство Его бытия… (На этот последний вопрос отец Александр ответил целым рассказом из личного опыта. Вот он).
– Чудо в нашем понимании – это некая зрелищность. Я не про всех говорю, но в нашем народе бытует, люди не совсем воцерковлены в основе своей. Восемьдесят процентов у нас крещеных, которые говорят, что мы православные христиане, а толком-то о жизни во Христе не знают ничего, ни о церковной, ни о духовной жизни, путают даже основные понятия. Но вот желание чуда есть у многих людей, даже у тех, которые не живут церковной жизнью. Поэтому когда мы перебарщиваем в этом, пользы нам духовной от того никакой нет. И строгое отношение к этому наших архипастырей, я думаю, это нормально. Смысл-то какой: у каждого чуда должно быть духовное значение, зачем Господь дает чудо; есть определенный Промысл Божий о спасении одного человека или даже целых народов или иной какой-то. Вот чудо в Кане Галилейской. Пресвятая Богородица в это время подумала как бы о земном, о том, чего сейчас недостает, а Господь-то, конечно, промышлял о спасении души человеческой. Поэтому делает такой акцент, ни в коем случае не укоряя Ее, но как бы нам всем в назидание, и Ей, потому что Она сразу понимает, о чем идет речь. И говорит потом слугам: «Его слушайте…» То есть Она сразу понимает, что если Господь делает чудо, то во спасение, и предназначение этого чуда прежде всего духовное.
Но многие люди, говоря о чуде, вкладывают в это совсем другие мотивы, не духовные, ну, тщеславные, скажем: вот смотрите, чего я там сподобился… Все это, конечно, во вред нашей душе идет.
Если говорить о чуде, я бы больше говорил о своей жизни. Не о тех чудесах, когда нарушается ход законов мира материального, то есть вмешательством Духа Святаго, когда мир духовный проявляется в нашем материальном мире, нарушая привычные для нас законы, имеющие определенный порядок. Таких моментов в жизни каждого человека, а особенно религиозного, очень много. Вспоминая о чуде, я хотел бы больше сказать о чуде преображения души. Потому что то чудо, которое происходит с человеком, меняет его самого, саму суть его, духовное устроение. Можно привести пример, как один человек молил Бога долгие годы о том, чтобы Господь явил ему какое-то чудо в подтверждение жизни духовной. И однажды, молясь на рассвете, он испытал прикосновение Духа Святаго, то есть то, что с ним произошло, мы часто читаем у святых Отцов: это духовное прикосновение к Богу, Духу Святому, то состояние мира, радости, благоухания, что преображает внутренний мир человека. И вот когда с ним это произошло, он после этого перестал молиться о явлении ему какого-то чуда. Потому что это самое лучшее чудо, которое вообще может с человеком случиться. Этот пример приводит святитель Николай Сербский в своих миссионерских письмах. Но святитель предупреждает, что здесь есть опасность возгордиться и надо умалять себя до праха земного для того, чтобы устоять в этом, потому что человеку очень трудно это понести.
Почему Бог редко дает нам чудо? Потому что мы от этого вместо пользы можем понести духовный вред. Нам надо не желать чуда, а умаляться и Бога благодарить за то, что Он нам поддержку такую даровал в жизни. Для того, чтобы нам не впасть в состояние жуткой духовной прелести. В своей пастырской практике я встречаю людей, которые прямо живут в этих чудесах, купаются в них. И зачастую это обольщение вражие. У меня вот была прихожанка, бабушка старенькая, она умерла, поэтому я могу об этом говорить, не называя имени. Она говорила, что из дому даже не выходит, пока ей богоматерь (с маленькой буквы – по понятной причине – Ред.) не скажет, что ей сегодня делать. Вот даже до такого доходит. А что уже говорить, когда там происходят какие-то явления…
Расскажу из своего опыта. Я тогда еще служил в Михаило-Архангельском храме кочегаром-сторожем. И был в то время первый крестный ход с Дальнего Востока до Москвы. Они шли с Тихвинской иконой Божией Матери. Принесли в наш храм, на ночь оставили, и эта икона благоухала и мироточила. А я был еще человеком молодым, только воцерковился, но еще скептически относился ко всяким чудесам, видя экзальтированность некоторых наших православных, которые всем этим жили. Я, наоборот, себя охлаждал, критически к этому относился. И когда мне показали: вот видите, она мироточит... А была зима, я посмотрел: на окладе и на стекле изнутри иконы некие капельки были. Я подумал: какое же это мироточение? Она отпотела просто, ее с мороза принесли, обыкновенный конденсат. Обыкновенное материальное объяснение себе дал и спокойно пошел сторожить. Ночью, часа в четыре, вошел в храм проверить, как греется, не «завоздушил» ли. И вдруг чувствую: такое благоухание на весь храм! Подошел, уже в трепете, к этой иконе, и у нее по верхнему стеклу, по окладу были такие крупные капли мира, представляете! И я, все еще как Фома неверующий, ткнул в него пальцем, оно у меня потянулось, маслянистая такая жидкость, все благоухает, и на пальце капля. Что же с ней делать? Взял и лоб себе намазал крестиком. Потом у меня появилась шальная мысль, наверное, от нашей природы падшей: надо это миро собрать на ватку, а потом как-то его использовать. У меня были чувства смешанные: и трепет, и благоговение, и растерянность. Понимаю, что ночь, и спросить-то некого, благословение взять. В голове вихрь мыслей, чувств. А падшая природа-то свое берет: надо же как-то использовать эту святыню, «прихватизировать», чтоб она твоя была. И вот я ночью закрываю храм, бегу за ватой, а сам молюсь, понимая, что делаю что-то недостойное, мол, Господи, управь как-то все это; прошу, чтобы Бог вразумил. А сам стремлюсь захватить святыню. Открываю храм – нет благоухания! Пять минут всего прошло. Подхожу к иконе – нет никакого мира. Думаю, показалось мне что ли? Лоб потрогал – есть миро на лбу, на иконе – нет. Так мне же еще не хватило вразумления. Смотрю, в уголках остались следы мироточения, белым налетом взялось, я его на ватку кое-как собрал. Ватку взял, завернул в карман, весь под таким впечатлением… Утром – сдавать смену, запираю замок, ключ у меня падает в снег, и я его ищу два часа. Вынес от двери снег в радиусе двух метров, весь просеял – нет ключа. До меня тут уже доходит, что я что-то не так сделал, голова страшно болит. Пошел, в церковной кочегарке сжег эту ватку, выхожу – ключ лежит на коврике. Закрыл кочегарку, сдал смену и пошел домой. И так целый день с головной болью мучился. И на всю жизнь запомнил этот случай.
Вот такие вещи происходят в нашей жизни. Сперва Господь дает мне понимание, что это чудо, потом дает понимание моего недостоинства, то есть из этого я вынес большой духовный опыт, который мне до сих пор в жизни пригождается.
Беседовала Людмила Листова