Голос, спасший от смерти, или Чудеса на войне
Елена Кучеренко
– ... И вдруг слышит – женский голос как будто зовет его. Слов не разобрать, но понятно, что просит уйти с того места... Вовчик сначала отмахнулся: «Показалось». А потом – нет, не показалось...
Недавно отец Евгений, священник с новых территорий, рассказал о чуде, которое произошло с одним его прихожанином. Тогда прямо в огород этого человека упал дрон.
Это для нас здесь всё странно и неправдоподобно кажется – дрон в огороде упал. А там – в порядке вещей, увы. Да и здесь уже не для всех неправдоподобно. Сегодня с прихожанкой одной нашей говорила. У нее прямо рядом с домом кусок сбитой ракеты упал. Слава Богу – не пострадал никто. А это – до Москвы не больше часа.
* * *
А тогда в огороде загорелась трава, земля, еще немного – и на сарай перекинулось бы. Человека этого, Владимира, дома тогда не было. Ему позвонили. И он поехал тушить.
Примчался на мопеде, и тут же на машине подъехал тот его знакомый, который по поводу пожара звонил:
– Давай помогу, сильно уже горит.
– Да нет, сам потушу...
Приятель его пожал плечами: странно, человек от помощи отказывается. Ну и уехал. А этот стоит, лопатой огонь сбивает, вдруг слышит – трескотня вдалеке. Значит украинский дрон зашел на нашу территорию, и парни его пытаются уничтожить.
– Мы здесь к этому делу, увы, уже привычные, – рассказывал мне отец Евгений. – Сразу слышим – где-что, опасно-нет. Ну, и Вовчик про себя: «Ой, далеко. Успею потушить». И тут – как будто голос женский зовет его. Он оглянулся – никого. Дальше с огнем разбирается. Слышит – опять тот же голос. И настойчивый такой. Как будто приказывает ему уйти.
Только парень не понимал, почему он должен уйти. Вроде опасности никакой. Ни дрона, ни ПВО уже не слышно.
– Но у меня тогда ёкнуло, – говорил он потом батюшке. – И как будто мурашки по коже. Подумал, что лучше уйду от греха. Только до крыльца дошел (а там несколько метров) – как начало лупить со всех сторон! Грохот, стрельба, автоматные очереди... Я – за ручку, а дверь заперта. Сам же и закрыл на замок, а ключ где-то в карманах... Слава Богу – гараж рядом. Заскочил, на пол упал, голову руками закрыл, лежу и слышу: «Ба-бах!»... Потом увидел – в метре от мопеда прилетело. Вроде целый, только не заводится. Провод там один перебило. Ну и ворота в решето дырявые. Но это всё ерунда. Главное – сам жив и даже не ранен. А останься я в огороде – конец.
Парень потом всё у отца Евгения выспрашивал – что это за голос был? Ведь явно же он его слышал. Но это только Господь знает. В чем сомнений нет – так это в том, что помощь Божия была. И не только парня Он сохранил, но и друга, который помочь хотел, а Владимир от его помощи отказался. Сам не знал, почему. А останься тот, неизвестно, что было бы. Да и прилетело в итоге как раз туда, где он машину пытался припарковать.
– А еще, знаешь, как бывает... Вроде и помощь нужна, но самому даже проще. Один ты на адреналине всё делаешь, на инстинктах. А когда кто-то рядом, станешь за него переживать или, наоборот, – расслабишься. Логика включается, думать слишком много начинаешь. А в таких ситуациях – это потеря времени. И в итоге – травма или вообще смерть.
* * *
Вот такая история. Такие чудеса там сейчас, на самом деле, – не редкость. Не потому что чудо – не чудо. А потому что время такое, что без чуда и без Бога не выжить. Война. Смерть на каждом шагу. Но где много боли, там и Господь. И протягивает Свою Руку, и спасает, и поддерживает.
Со свекровью моей случай был. Когда она еще не выехала из тех мест. Вот представьте – света нет, воды нет, лифт не работает, продукты искать надо по магазинам. И спускаться – пешком. А еще хуже – подниматься. А она еле ходит.
– На улице жара, холодильник не работает, – рассказывала она. – Что приготовил, то и съел. Это если плита работает. Слава Богу, вода в ванной была, я еще раньше набрала, когда дали ненадолго. Ее и пила. И решила я газовую плиточку с баллончиком купить. Маленькую – дешевую. У знакомой такая, она и посоветовала. Я плохо хожу, она сама сбегала, купила для меня. А я ее у подъезда на лавочке ждала. И что-то у меня в груди екнуло: «А давай здесь, у подъезда плитку проверим». Она: «Да всё нормально. Ее продавец проверил. И моя такая, работает как часы»... – «Нет, давай». Зажгли… как пламя пошло! Откинули ее подальше, она и взорвалась. А если бы дома? Ангел Хранитель подсказал! Спасибо ему!
Еще одну историю недавно рассказали. Тоже из тех мест. Над домом одного моего знакомого завис дрон со взрывчаткой. И сам он его видел, и детектор «орал». Было понятно, чтó случится в ближайшие секунды. Человека просто убьют – ни за что.
Знаете... Мне иногда кажется, что на той стороне нечисть воюет. Не всегда, конечно, везде люди разные. И ни в коем случае нельзя расчеловечивать противника. Потому что рано или поздно наступит мир. И нам надо будет как-то вместе жить. Хоть в это сейчас и не верится.
Но вот специально убивать простых мирных жителей, как там сейчас происходит, могут только черти какие-то. Не случайно убивать – били по военным, например, а попали в школу с детьми. Нет! Бьют именно в школу с детьми! Специально!
Вот и тот человек знал, что вряд ли его тот дрон пожалеет.
И тогда он упал на колени и начал молиться. Никогда, наверное, так не молился. И дрон исчез. Не улетел, не упал. Просто исчез... Растворился. А мужчина этот на следующий день в храме был – благодарил.
* * *
Благодарность... Тоже по нынешним временам – чудо.
– Добрый день, Елена! Хотел сказать Вам спасибо за то, что, когда иконы относили, за нас свечи ставили. Сегодня мой второй день рождения, – написал мне недавно знакомый, боец с позывным «Черный».
Чуть меньше года назад они с друзьями вытащили из разрушенного дома брошенные кем-то иконы. Он тогда рассказывал, что только взяли, только выскочили, – туда прилетел то ли снаряд, то ли беспилотник, не помню уже. И дом сгорел. Вот такое чудесное спасение святынь.
Черный решил передать эти иконы мне – через наших общих знакомых в Крыму. Я тогда как раз была там с Машей на реабилитации. Так образы оказались в Москве. А одну из икон, большую, старую, я отнесла в храм в нашей деревне под Оптиной пустынью. Если я не ошибаюсь, батюшка отдал ее на реставрацию. И молится там за бойцов. И я записки за них подаю.
Долгое время Черный не выходил на связь, о нем не было никаких новостей. Я уже начала переживать – всё ли в порядке. И тут на днях он написал. Прислал фото искореженной машины и рассказал, что в них прилетел Хорнет (дрон-камикадзе, оснащенный искусственным интеллектом).
– Ехали на задачу. Слава Богу, я его вовремя заметил, успели выбежать. И живы все, одного только задело немного, но ничего серьезного. Так что спасибо за молитвы.
Не знаю, есть ли в его спасении хоть капля моей заслуги, но радостно (хотя в войне вообще ничего радостного нет), что люди видят в разных событиях, которые с ними происходят, Руку Божию. Помнят о Господе, благодарят. Мне кажется, это приближает победу. Я вообще уверена, что победит не тот, кто сильнее, у кого мощное оружие и передовые технологии. А кто будет с Богом. Даже в таком не христианском деле, как война, можно быть с Богом. Хотя почему «даже». Где больше всего боли, там и Бог.
* * *
Но недавно я видела другое. Знаю в Москве семью, где воюет сын. Мобилизован еще тогда, в двадцать втором, и все эти годы – там. Только в отпуск приходит. И даже, слава Богу, не ранен ни разу. Что уже само по себе – чудо.
Хороший, добрый, светлый парень. Верующий. Недавно говорил мне:
– Ничего, ничего. С Божией помощью выстоим.
И тоже благодарил за молитвы. Молитвенница из меня никудышная, конечно, но и за него записки подаю.
А тут встретила я его маму. Слово за слово, как начала она ругать Церковь, священников. Я отхожу, она – за мной. И злость такая в глазах, черная прямо. Как будто даже не она, а кто-то другой из ее глаз на меня смотрит. Мне страшно стало. И жалко ее одновременно. И сына ее.
Я тогда думала: «Бедный тот парень. И так воевать страшно, тяжело. Невозможно просто. Но когда за тебя близкие молятся – это какая поддержка! Это – крылья. А тут: ты – там, в этом аду, и сам еще должен молиться за своих родных, которые здесь Церковь проклинают. Это не крылья, а камень. Но, наверное, и шаг к святости».
* * *
А бывает, что чуда не происходит. И я не знаю – почему у одних так, а у других – иначе. Это знает только Бог.
Недавно вот в тех краях дрон прилетел в обычный дом. Женщина и пятилетний ребенок – насмерть. Мужчина тяжело ранен. И самое страшное, что эта семья незадолго до того переехала из другого села, где, казалось, опаснее, туда, где всё и случилось…
Это мне другую историю напомнил. Бывшие муж и жена. Она жила с ребенком на Украине. Он с новой семьей в России – в самом приграничье. Но тогда, в двадцать втором, мужчина этот пригласил бывшую супругу и сына к себе – подальше от военных действий. Поселил во флигеле частного дома. И вскоре туда прилетел украинский снаряд. Женщина погибла. Тоже иногда поражаешься – в какой момент и при каких обстоятельствах забирает Господь человека.
Недавно прочитала пост. Умер человек – этим летом. А еще в двадцать втором записался добровольцем. Попал в штурмовики. Был там, где выжить практически невозможно. Но за три года – ни одной царапины. Приехал в отпуск, пошел к врачу. Видимо, было какое-то недомогание. И оказалось – у него опухоль головного мозга. Через год он ушел. Здесь – где мирная жизнь.
Иеромонах Константин (Никитенко) из Оптиной. Три года с бойцами впереди. Не только как священник, но и как врач-реаниматолог в эвакуационной бригаде. И всё нормально. Приехал в отпуск и умер. Тромб оторвался. Вот так...
Буквально на днях один наш знакомый рассказывал. Он не так давно вышел из тюрьмы. Так тоже бывает – православный человек, многодетный отец, и такой вот зигзаг судьбы.
С ним сидел человек, осужденный по экономическим преступлениям. В какой-то момент он решил вместо срока пойти на СВО. Повоевал ровно неделю. Погиб.
Или вот, сообщение прислали:
«Елена, доброе утро. Можно попросить молитв о воине Димитрии со воинами? Ушел брат на задание, оставил номер парня, если долго не будет выходить на связь. Этот парень сообщил, что он погиб – ждите звонка командира. Делали запрос через генштаб, там сказали, что не числится в погибших: ждите официальной информации. Помолитесь, пожалуйста, чтобы мы узнали о его судьбе и тело смогли забрать. И об укреплении Валентины, его матери. Она двоих сыновей похоронила до этого, инсульт недавно был, – чтобы Бог даровал ей силы всё пережить»...
И сердце рвется – почему так?! Хотя, а вдруг будет чудо, и жив парень? Господи, помоги!
* * *
Повторю – я не знаю, почему так по-разному происходит. Но, наверное, Богу виднее. Да и часто это мы, люди, думаем, что чуда не происходит. И погибает человек «на ровном месте». Но мы не знаем, что было бы с ним потом. И насколько это место «ровное».
А иногда чудом может стать человек. Я часто об этом пишу. Обычный маленький грешный человек. Но происходит что-то, и понимаешь, насколько он велик и силен. Мы – велики и сильны. Ведь в каждом из нас – образ Божий.
Я вот недавно с отцом Евгением говорила, моим дружественным священником с тех самых новых территорий. Тогда прилетело практически в его дом, были разные повреждения. Слава Богу, все живы и не ранены.
Но я его в очередной раз спросила: почему он с семьей не уезжает? Ведь там опасно, а ему точно есть – куда.
– Ты просто не видела глаза моих прихожан, – ответил он мне. – А лежачих бабушек я на кого оставлю?
И примерно в те же дни сел на мотоцикл и поехал к такой своей лежачей прихожанке, чтобы отвезти ей памперсы. Звучит просто: «Поехал, отвез»... А это километры под дронами, когда ты – живая мишень.
Что это, если не сила человеческого духа? Но сам он говорит, что всё это – благодаря матушке. Которая всё отдала в Руки Бога и поэтому совершенно спокойна.
– На ней всё держится, – признавался отец Евгений.
А другие люди там? Бабушки, которые еле ходят, тоже за другими – лежачими ухаживают. Там же много стариков осталось. Не потому что их бросили, а потому что уезжать не хотят. Моя свекровь только потому и согласилась, что плитка та взорвалась, и приснился ей потом атомный удар. А так бы сидела там.
Вместе люди тушат пожары, делятся едой, водой, военных кормят, раненых помогают вывозить. Поддерживают друг друга, молятся... И гибнут, и подвиги совершают. (Тоже странно. Не война, а спецоперация какая-то. А гибнут по-настоящему... Это, впрочем, так… наболело.) Ну разве не чудо, что в таких нечеловеческих условиях человек остается человеком? С другой стороны, когда темно, лучше виден свет.
РУКА ДАЮЩЕГО НЕ ОСКУДЕВАЕТ!
