Ангелы в шляпках и с янтарными кольцами
Елена Кучеренко
Недавно я стала ангелом. И посланником Небес. И еще чудом Божиим...
Нет, у меня всё в порядке с головой, не переживайте. Так меня назвали две пожилые женщины, которых я везла из Оптиной в Шамордино.
Но, знаете, хотя мне и очень далеко до всех этих эпитетов, недосягаемо даже, не так уж эти женщины были и не правы. Я слушала их, и за спиной вырастали крылья. Образно, конечно. Потому что, оказывается, Господь в меня всё еще верит. Несмотря ни на что. И позволяет стать Своим посланником.
* * *
А еще я думала, что Чудо – это часто не что-то немыслимое, грандиозное, от чего трепещет душа. Чудом может стать что-нибудь простое, даже повседневное. Но для кого-то сейчас очень важное.
Меня на самом деле всегда удивляют и радуют такие маленькие чудеса. Большие, конечно, тоже. Но как сказал один мой знакомый батюшка:
– На то Он и Бог – Великий и Всемогущий – чтобы творить Великие Чудеса. Чему тут удивляться? Весь мир Он в руках держит. Потому что – Вседержитель. А при этом, в отличие от Больших Начальников, знает нужды, беды и радости каждого маленького человечка. И мимо не проходит, когда даже мы, люди, проходим. Вот это настоящие Чудо и Любовь.
Но ведь так и есть, правда? Или человек... Чудом может стать обычный грешный человек. Просто потому что Господь так все «подстроил», чтобы мы стали ангелами друг другу. И иногда для этого почти ничего не надо делать. И в этом тоже – Милость и Любовь. Чтобы ты почувствовал себя хорошим и Божиим просто на ровном месте...
... А получилось так... Мы с Машей были в Оптиной. Помолились на службе, причастились. Посидели на лавочке, съели просфоры. Маша их обожает, вкуснее, наверное, больше нигде и нет. Но, скорее всего, так во всех монастырях о своих просфорах думают.
Потом зашли в чайную перекусить. Кафе наше любимое Козельское отложили на после поста. Я отложила. Не потому что я такая благочестивая, а потому что точно опять не сдержусь, сьем что-нибудь и буду расстраиваться.
Поели, пошли к машине. Сели, чтобы в деревню нашу ехать, только тронулись, я вдруг спросила у Маши:
– А может, в Шамордино? Давно не были.
Даже сама удивилась – не собирались же.
– Ну, давай, – ответила дочка.
* * *
Метров сто отъехали, смотрим – идут две женщины. Пожилые. С сумками – не огромными, но всё же. А сами такие, знаете, – старая интеллигенция. Костюмчики юбочные ладненькие. У одной – шляпка, у другой – прическа. Волосы седые, красиво уложенные. Явно – не местные.
Решила подвезти. Все равно всем примерно в одну сторону. А дальше высажу, и поедем мы в Шамордино. Притормозила, стекло опустила:
– Вам куда? В Козельск?
– Нам – нет. Но куда нужно было, наверное, уже опоздали.
– Вам куда нужно было?
– В Шамордино.
– Так и мы туда же. Может, еще успеете, если у вас там дела.
А они посмотрели на меня такими большими глазами и замерли. Потом та, что в шляпке, руки к небу подняла:
– Господи! Спасибо Тебе за ангела. За чудеса Твои спасибо!
И ко второй повернулась, которая с прической:
– Ну вот, Галочка, а ты сомневалась.
– Да, Олюшка, да... Сомневалась... Нехорошо это.
Так трогательно... Обеим явно за семьдесят, а они друг друга: «Галочка», «Олюшка» называют.
Помогла им загрузиться. Галочка села впереди. И я прямо залюбовалась ее руками. Да – руки пожилой женщины, в морщинах. Понятно – человеку за семьдесят. Но с таким чудесным маникюром. Старомодным, перламутровым, который делают сами, а не эти разные гели. Но от этого почему-то еще более красивым. И кольца... Большие серебряные кольца с янтарем. Антикварные прямо... Все это, правда, было очень красиво. Красота, она в любом возрасте – красота...
А Олюшка села сзади – где в автомобильном кресле была Маша. Мне еще стало интересно, как она отреагирует на дочкин синдром. Я уже знаю, что реакций может быть огромное количество. От: «Это нам всем по грехам», до: «А вы что, не делали скрининги?». Ну, или люди просто делают вид, что не замечают очевидного. Иногда даже смешно. Назовешь диагноз, а они:
– Что?! Правда?! Никогда бы не подумала! Вообще не заметно. Ну, прямо вообще!
«Вообще»... С Маши можно учебники писать. О внешних признаках синдрома Дауна....
В общем, села Олюшка сзади...
– А почему у тебя такая красивая шляпка? – спросила ее дочка.
– Почему?... Да просто ты – очень красивая солнечная девочка. Боюсь – твоими лучиками мне голову напечет.
Неожиданный чудесный ответ. Солнечный...
* * *
Мы ехали...
– Да... Я сомневалась, – повторила опять Галочка. – А Господь вон Какой... Чудеса. А Вы – Его посланник.
«Какие чудеса? Что за чудеса? – думала я про себя. – Какой посланник? Ну, подумаешь – остановилась подвезти. На экзальтированных паломниц они вроде не похожи...»
А вслух только пожала плечами. Именно – вслух, потому что одно при этом почему-то так хрустнуло, что Маша с заднего сиденья спросила:
– Мама, что с тобой случилось?
– Вы подождите тоже сомневаться. Сейчас мы все расскажем, – сказала Галочка, интеллигентно не заметив моего хруста.
И рассказали мне эти две подружки, что сами они из Красноярска. Давно хотели в Оптину пустынь, но поехали только сейчас – когда лет уже обеим немало. Но зато – сколько впечатлений.
– На закате наших дней радость чувствуешь сильней, – важно произнесла Оленька и звонко рассмеялась.
А смех у нее был молодой.
– Оленька у нас еще и поэт, – пояснила Галочка...
Но это и после Машиных лучиков было понятно.
А дочка, услышав про поэта, захлопала:
– Браво! Бис!
Тут мы все засмеялись...
И, кстати, Галочка, Оленька... Пусть они себя так называют, а мне, наверное, лучше по имени-отчеству: Галина Михайловна и Ольга Викторовна...
В общем, собрались они, приехали. В гостинице остановились. И есть у них еще и третья подружка – Наденька. Надежда Павловна. Тоже из Красноярска. И если Галина Михайловна и Ольга Викторовна дружат с юности, то Надежда Павловна присоединилась к ним после тридцати где-то. Но это долго рассказывать. Главное, что Надежда Павловна давно уже живет с семьей за границей. Так сложилось.
А еще важно, что все три, пусть и не совсем в одно время, но пришли к вере. И инициатором этого их духовного прорыва была Ольга Викторовна.
* * *
Не часто, но навещала Надежда Павловна Россию и подружек своих тоже. Правда, в последний раз давно уже это было. А вот они к ней так и не добрались – дорого, сказали. Да и тяжело. Для Ольги Викторовны вообще невозможно было. Но об этом я позже расскажу. А как стало возможно – возраст уже. Не такая легкая уже на подьем. Вот в Оптину – да.
– Но это свое – родное, – объяснила она.
И Надежда Павловна тоже об Оптиной давно мечтала. Но так и не попала. И очень хотела хоть что-то из нее себе получить. Какую-то святыньку.
И так сложилось, что именно в эти дни один человек, из того же православного прихода за границей, что и Надежда Павловна, оказался по каким-то делам в России, а главное – в Калужской области. Времени у него было не много. В Оптину он уже однажды паломничал, решил не заезжать. Собирался посетить Тихонову пустынь и Шамордино, где не был никогда. И это всё прямо вот сейчас выяснилось.
– Узнав, что мы в Оптиной, Наденька наша попросила для нее что-нибудь здесь приобрести и через него передать, – рассказывала Галина Михайловна. – Мы же все равно в Шамордино тоже собирались. Мы с этим человеком созвонились, договорились о времени. Он попросил не задерживаться, у него время ограничено. Ну, и не проблема. Всё купили для нее – иконки, просфорки, книжки, маслице. Упаковали компактно, такси вызвали, а оно... не приехало.
На самом деле – ничего удивительного. У меня тоже однажды здесь не приехало. А я заранее заказывала – накануне.
Маршрутку ждать было долго, да и как общественным транспортом ехать было непонятно, никуда они уже не успевали и очень расстроились.
– Ну что это мы, – сказала вдруг тогда Ольга Павловна. – А как же Господь? Давай молиться, и доберемся как-нибудь.
– Да опоздали уже, – ответила Галина Михайловна. – И как мы доберемся-то?
– Ты, Галочка, не сомневайся! Давай молиться, и Он нам обязательно кого-нибудь пошлет. Ангела своего. Идем.
– Да куда идти?
– Просто вперед по дороге. Нам же все равно – туда.
Пошли они от Оптиной просто вперед по дороге.
– Господи, помоги нам, пожалуйста. У Тебя же ангелов много, – только и успела сказать Ольга Павловна.
И тут – мы с Машей.
Вот так и стала я ангелом.
– А у меня прямо душа замерла от Милости и Любви Божией. Я чуть не заплакала... Да Он всю жизнь ко мне милостив, – говорила Ольга Павловна.
Я заметила, что на этих словах Галина Михайловна почему-то грустно вздохнула...
Мы успели. Правда, пока ехали, мужчина этот несколько раз звонил – спешил очень. Но дождался. Взял посылку и тут же уехал. А я предложила Галине Михайловне и Ольге Павловне побыть здесь немного, в храм зайти. А потом я могла отвезти их обратно. Опять же – по пути.
Они очень обрадовались:
– Пойдём, подадим благодарственный молебен.
* * *
...Кто-то скажет, что это совпадение. Но я в совпадения не верю, а вот в Любовь и Милость Божию – да. И в Его Чудеса.
И, казалось бы, ничего необычного не произошло. Ну – не приехало такси, ну – я мимо проезжала и остановилась. Мало ли таких ситуаций. Но для этих женщин это правда стало Чудом, о котором они молились. И это на самом деле – удивительно. Что Богу есть дело до таких «мелочей». И подруга их получит долгожданную посылку из Оптиной.
А еще удивительно, как эта Его Любовь действует на души. Вроде опять же – ничего из ряда вон я не сделала. Да если бы в последний момент мы с Машей не решили ехать в Шамордино, я бы никого никуда и не подвезла. И это тоже Божия «подсказка», наверное, – вот так резко изменить планы... И когда осознаешь себя частью этого «божественного процесса», когда понимаешь, что вроде ничего не сделал, но кто-то тебе благодарен и считает тебя ангелом и посланником небес, хочется соответствовать, что ли, делать хоть немного больше, стать хоть чуточку лучше. Потому что Господь верит в тебя, да. И дает тебе такие вот шансы... И маленькие, и большие одновременно.
...Интересно всё...
* * *
...Мы ходили по монастырю. В какой-то момент Ольга Павловна ушла вперед. А я спросила Галину Михайловну:
– А почему Вы вздохнули, когда ваша подруга сказала, что Господь всю жизнь милостив к ней? Или мне показалось?
– Нет, не показалось... У нее просто судьба такая... Когда Олюшкиному сыну было двенадцать лет, от нее ушел муж. Встретил молодую, влюбился… Ладно, не буду осуждать. Уехал в другой город. Она одна сына растила. Ну, как – одна. Родители у нее были, свекровь... От свекрови муж в свое время тоже ушел. Оля отношения с ней не прервала. Общались. Сын вырос, женился, уехал. Сейчас за границей. Свекровь слегла. Оленька за ней ухаживала до последнего. Супруг бывший даже не приехал. Обиделся, когда мать его в предательстве не поддержала... Свекровь умерла, родители Олюшки слегли один за другим. Она их досматривала. Мы поэтому и к Наденьке поехать не могли... Похоронила... Вот такая жизнь у нее. И всегда с улыбкой, всегда красивая, спокойная, за всё благодарна. Даже мужу, что сына от него родила... И что пришлось за свекровью и родителями ухаживать – благодарна. Что была нужна им. Она так и говорила всегда: «Это счастье – когда ты нужен»... Она первая из нас к Богу пришла. Просто из благодарности. Так и сказала: «Я ничего не знаю о Нем, но мне кажется, что Его надо благодарить». Сейчас вот время есть на себя. Так нет – она то сети плетет, то сухари мальчикам сушит военным, носки вяжет. И меня подвигла на это. И, знаете, так хорошо, что мы еще на что-то сгодились...
* * *
А когда мы ехали обратно, я думала, что это не я – ангел. А вот они – у меня в машине едут... Один – в красивой шляпке, другой – с прической и кольцами... Ангелы ведь могут и так выглядеть.
А еще думала, что, конечно, случилось с нами чудо, но чудо бóльшее – это вот такая благодарность, какая есть у Ольги Павловны. Это правда – большое чудо.
РУКА ДАЮЩЕГО НЕ ОСКУДЕВАЕТ!
