Рождественский пост

Хочется начать словами святого Иоанна Златоуста: «Ошибается тот, кто считает, что пост лишь в воздержании от пищи. Истинный пост есть удаление от зла, обуздание языка, отложение гнева, укрощение похотей, прекращение клеветы, лжи и клятвопреступления».

Русский народ, который в предшествующие века строжайшим образом соблюдал посты, был крупнейшим по росту и по силе народом, здоровью и виду которого завидовали иностранцы, как это было в Париже, когда мы заняли его после наполеоновских войн и парижане изумлялись росту и здоровью русских солдат. Давая отдых организму, мы способствуем большей продолжительности жизни. И замечено, что строгие постники, в каких бы трудах они ни находились, жили гораздо продолжительнее, чем человек, постоянно слишком обильно питающийся.

Е. Поселянин

Упоминания о Рождественском посте встречаются уже в трудах святого Амвросия Медиоланского, подарившего нам одно из величайших молитвословий – «Хвалебную песнь», при внимательном рассмотрении удивительно созвучную Символу веры; в трудах блаженного Августина.

Святитель Лев Великий писал о Рождественском посте: «Как Господь ущедрил нас плодами земли, так и мы во время этого поста должны быть щедры к бедным. Само хранение воздержания запечатлено четырьмя временами, чтобы в течение года мы познали, что непрестанно нуждаемся в очищении и что при рассеянии жизни всегда надо стараться нам постом и милостынею истреблять грех, который преумножается бренностью плоти и нечистотою пожеланий».

Святитель Лев Великий, папа Римский.
Константинополь. 985 г. Миниатюра.

Окончательно устав и все положения по данному посту были приняты в 1166 году решением Константинопольского Патриарха Луки Хрисоверга.

Преподобный Симеон Солунский писал: «Пост Рождественской Четыредесятницы изображает пост Моисея, который, постившись сорок дней и сорок ночей, получил на каменных скрижалях начертание словес Божиих. А мы, постясь сорок дней, созерцаем и приемлем живое слово от Девы, начертанное не на камнях, но воплотившееся и родившееся, и приобщаемся Его Божественной плоти».

Преподобный Симеон Солунский

Емко и просто с глубочайшим знанием литургики рассказывает о Рождественском посте протопресвитер Александр Шмеман: «Тема приближающегося Рождества в богослужениях сорокадневного подготовительного периода появляется постепенно. В начале поста – 28 ноября – ни в одном из песнопений еще не упоминается о Рождестве, затем, пять дней спустя, накануне празднования Введения во храм Пресвятой Богородицы, в девяти ирмосах рождественского канона мы слышим первое извещение о приближающемся событии: "Христос рождается – славите!"

Протопресвитер Александр Шмеман

С этими словами что-то изменяется в нашей жизни, в самом воздухе, которым мы дышим, во всем строе церковной жизни. Мы как будто чувствуем где-то вдали первый свет самой великой радости из всех возможных – пришествия Бога в Свой мир! Церковь возвещает таким образом приход Христа, воплощение Бога, Его вхождение в мир для спасения мира. Далее, в два воскресенья перед Рождеством, Церковь вспоминает праотцев и отцев – пророков и святых Ветхого Завета (Авдия, Наума, Аввакума, Софонии, Аггея и Даниила и др.), – которые подготовили пришествие Христа, претворив историю в ожидание спасения и восстановления человечества Богом. Наконец в начале января Церковь начинает предпразднство Рождества, литургическая структура которого подобна Страстной седмице перед Пасхой, потому что с рождения Сына Божия в виде Младенца началось Его спасительное служение ради нашего спасения, которое далее приведет к завершающей крестной жертве».

Тонко и назидательно пишет о посте святитель Тихон Задонский: «...Только покушавши должно быть алчным немного, чтобы тело было и покорно духу, и к трудам способно, и к умным движением чувствительно, и телесные страсти победятся; пост не может умертвить так страстей телесных, как умертвляет скудная пища. Некоторые какое-то время постятся, а потом предаются сладким кушаньям; ибо многие начинают пост свыше своей силы и другие суровые подвиги, а потом ослабевают от неумеренности и неровности и ищут сладких кушаний и покоя для укрепления тела. Так поступать то же значит, что созидать, а потом опять разорять, так как тело чрез скудость от поста понуждается к сласти и ищет утешение и сласти возжигают страсти.

Если же кто установит себе определенную меру, сколько в день принимать скудной пищи, тот получит великую пользу. Однако же относительно количества пищи должно установить, сколько нужно для укрепления сил <…> таковой может совершить всякое духовное дело. Если же кто больше того постится, то в другое время предается покою. Умеренному подвигу нет цены. Ибо некоторые и великие отцы мерою принимали пищу, и во всем имели меру – в подвигах, потребностях телесных и келейных принадлежностях, – и всё в свое время и каждую вещь употребляли по определенному умеренному уставу...»

Cвятитель Тихон Задонский

Игумен Никон (Воробьев) писал: «В наступившие дни святого поста приведи себя в порядок, примирись с людьми и Богом. Сокрушайся и плачь о своем недостоинстве и гибели своей, тогда получишь прощение и обретешь надежду спасения. "Сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит", а без этого никакие жертвы и милостыни не помогут тебе».

Игумен Никон (Воробьев)

Закончим словами митрополита Сурожского Антония: «Вступим поэтому сейчас в Рождественский пост и приготовим себя строгой дисциплиной ума, внимательно испытывая движения сердца: как мы относимся к другим, к себе, к Богу, как мы учимся у Церкви молитве, поклонению и послушанию Божиим заповедям?

И отнесемся также более внимательно, чем мы это делаем обычно, к соблюдению физических правил поста. Они рассчитаны на то, чтобы помочь нам стряхнуть расслабленность и потворство своим слабостям, пробудить в нас чуткость и бодрость, не дать нам закоснеть в нашей приземленности, которая мешает нам воспарить к Богу.

Митрополит Сурожский Антоний

Соблюдайте эти правила, готовьтесь внимательно на протяжении всего Рождественского поста, ожидая пришествия Господня, но не пассивно, а в том состоянии собранного бодрствования, с которым часовой на страже ожидает прибытия своей царицы или царя. Будем помнить, что находиться в присутствии Божием – величайшая честь, самое святое, что с нами может случиться; это не "право" наше, а величайшая честь, которую Бог нам оказывает, и будем держать себя соответственно!» Аминь.

Материал подготовил Михаил Громов


 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить