Он лечил и тело, и душу

Несколько слов о святителе Луке (Войно-Ясенецком)

11 июня Русская Православная Церковь отмечает день памяти святителя Луки, архиепископа Симферопольского (1961). «Прихожанин» решил напомнить своим читателем некоторые моменты из жизни исповедника веры, священника, ученого и врача.

Икона святителя Луки

…Будущий архиепископ Крымский Лука (в миру – Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий) родился 27 апреля (9 мая) 1877 года в Керчи и был четвертым ребенком в семье аптекаря Феликса Войно-Ясенецкого, потомка древнего польского дворянского рода герба Трубы Войно-Ясенецких, представители которого еще в XVI веке приняли русское подданство. Любопытно, что сам будущий святитель долгое время свою фамилию писал иначе – Ясенецкий-Войно. Почему? Так и осталось неизвестным.

В их семье родители исповедовали разные религии: мать Мария Дмитриевна – православную веру и в ней воспитывала всех своих пятерых детей; отец был католиком, но не возражал против веры жены и не навязывал детям своего религиозного мировоззрения.

Юный Валентин долго колебался, кем ему стать. Дело в том, что Господь даровал ему большие способности к живописи, и юноша, окончивший, помимо гимназии, еще и частную художественную школу, всерьез подумывал о том, чтобы поступить в Петербургскую Академию художеств.

Тут я хочу сделать маленькое отступление и отметить, что только в православном лексиконе есть выражение «Господь попускает». Не «допускает», не «разрешает», не «позволяет», а именно «попускает». Потому что в этом выражении кроется очень глубокий религиозный смысл. Из любви к человеку Господь дает ему возможность самому сделать в жизни выбор. При этом человеку попускается где-то поколебаться, чуть-чуть запутаться, а потом выбраться. Одним словом, Господь предоставляет человеку шанс всё обдумать, сопоставить, сравнить… Право выбора Господь оставляет за человеком, но Он ждет от него верного решения.

В юные годы Валентин Войно-Ясенецкий увлекся толстовством: спал на ковре, ездил за город косить вместе с крестьянами рожь. Он даже написал Льву Толстому, прося того дозволить ему жить вместе с писателем в Ясной Поляне… Но позже прочитал книгу Толстого «В чем моя вера» и разочаровался в религиозной философии Льва Николаевича.

То же было и с выбором профессии. Валентин сначала поступает на юридический факультет. Через год бросает и уезжает в Мюнхен брать уроки рисования в школе профессора Книрра. Все эти смятения души и поиски себя Господь попускает будущему святителю Луке, предвидя, что вся эта суета осядет и растворится и будущий архиепископ Крымский рано или поздно сумеет сделать правильный выбор.

Так и происходит. Очень быстро Валентин Войно-Ясенецкий понимает, что увлечение живописью – это лишь некое развлечение (как сказали бы сегодня, хобби), но не более того. Валентин очень быстро понимает, что главное, чего он хочет делать в своей жизни, – это приносить людям конкретную, ощутимую пользу. Вот как говорит об этом он сам: «Недолгие колебания кончились решением, что я не вправе заниматься тем, что мне нравится, но обязан заниматься тем, что полезно для страдающих людей».

Как известно, в мире есть две самые благородные профессии: учитель и врач. В какой-то мере Валентину Войно-Ясенецкому удалось совместить их в своей деятельности. 

Молодой доктор Валентин Войно-Ясенецкий

В 1898 году он становится студентом медицинского факультета Киевского университета. Учится Валентин блестяще. Ему помогает гениальная способность к рисованию. «Умение весьма тонко рисовать и моя любовь к форме перешли в любовь к анатомии… Из неудавшегося художника я стал художником в анатомии и хирургии», – запишет впоследствии Войно-Ясенецкий в своей автобиографической книге «Я полюбил страдание».

После окончания университета студент Валентин Войно-Ясенецкий отказывается от блестящей преподавательской карьеры, которой его пытаются соблазнить университетские профессора, и становится… простым земским врачом. Это был его абсолютно осознанный выбор, о котором он заявляет так: «Я изучал медицину с исключительной целью: быть всю жизнь земским мужицким врачом».

«Земским мужицким врачом» Войно-Ясенецкий работает в самых разных областях России: на Дальнем Востоке и на Украине, в Симбирской, Курской и Саратовской губерниях, в Керчи и Кишиневе, Киеве и Чите, Переславле-Залесском и Москве, Самарканде и Ташкенте... Всюду он трудится по 14–16 часов в сутки, спасает тяжелобольных, делая порой невероятно сложные операции, неустанно объезжает больных, которые нередко живут за сотни миль от больницы, где работает доктор.

Параллельно с врачебной деятельностью он занимается наукой и преподаванием. Разрабатывает принципы региональной анестезии, позволяющей проводить операции под местным наркозом. Продумывает и начинает писать свой главный медицинский труд «Очерки гнойной хирургии». В Ташкенте, будучи главным врачом и хирургом Ташкентской больницы, Валентин Феликсович участвует в организации Ташкентского университета, где в итоге становится профессором факультета топографической анатомии и оперативной хирургии. Войно-Ясенецкий учит студентов искусству лечить людей, говоря: «Для хирурга не должно быть “случая”, а только живой, страдающий человек». Он стремился передать будущим врачам свой богатый накопленный опыт и знания. Его ученики рассказывали просто чудеса о его изумительно точной и выверенной хирургической технике, на его амбулаторные приемы студенты шли непрерывным потоком.

В этот период жизни Валентин Войно-Ясенецкий всё ближе и ближе подходит к Богу. В 1919 году умирает от туберкулеза легких его любимая жена Анна, подарившая ему четверых детей и бывшая всегда его верной спутницей и помощницей. Валентин Феликсович невероятно тяжело переживает ее уход и в этот момент всё сильнее укрепляется в вере.

Валентин Феликсович за работой

Теперь медперсонал с удивлением видит, как великий хирург перед началом операции крестится сам, а потом крестит и больного, которого ему предстоит оперировать. Войно-Ясенецкий всё активнее принимает участие в церковной жизни Ташкентского братства, регулярно посещает воскресные и праздничные богослужения, выступает с толкованиями Священного Писания. В конце 1920 года на епархиальном собрании Валентин Феликсович произносит речь о положении в Ташкентской епархии. Под впечатлением его слов епископ Туркестанский и Ташкентский Иннокентий (Пустынский) предлагает ему стать священником. «“Доктор, вам нужно быть священником”. У меня не было и мыслей о священстве, – вспоминал владыка Лука, – но слова Преосвященного Иннокентия я принял как Божий призыв архиерейскими устами и, ни минуты не размышляя, ответил: “Хорошо, Владыко! Буду священником, если это угодно Богу!”».

7 февраля 1921 года Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий был рукоположен в диаконы, через неделю – во иерея и назначен младшим священником Ташкентского кафедрального собора. Говоря о его предстоящей службе в храме, епископ Иннокентий (Пустынский) напутствовал нового священника Валентина словами апостола Павла: «Ваше дело не крестити, а благовестите» (1 Кор. 1, 17).

При этом Войно-Ясенецкий продолжает активно трудиться и в миру: оперирует, читает лекции студентам, выступает на первом научном съезде врачей Туркестана. В мае 1923 года Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий принимает монашеский постриг с именем в честь святого евангелиста Луки, который был не только апостолом, но еще и врачом, и художником.

Как известно, с приходом к власти большевиков в России начинаются кровавые репрессии и гонения на веру. Революционные «тройки» открывают «охоту» на умных талантливых образованных и мыслящих людей, устраивают показательные процессы, которые, как правило, заканчиваются расстрелом.

Один из таких показательных процессов над группой врачей в Ташкенте организует глава ташкентского ЧК Яков Петерс. Желая показать видимость честного процесса, он приглашает ряд экспертов, в числе которых находится и Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий. Вот пример того, как будущему Владыке приходилось отстаивать на этом процессе правду:

«Тогда Петерс спросил:

– Скажите, поп и профессор Ясенецкий-Войно, как это Вы ночью молитесь, а днем людей режете?

Отец Валентин ответил:

– Я режу людей для их спасения, а во имя чего режете людей Вы, гражданин общественный обвинитель?

Следующий вопрос:

– Как это Вы верите в Бога, поп и профессор Ясенецкий-Войно? Разве Вы Его видели, своего Бога?

– Бога я, действительно, не видел, гражданин общественный обвинитель. Но я много оперировал на мозге и, открывая черепную коробку, никогда не видел там также и ума. И совести там тоже не находил».

Его находчивые и в то же время смелые ответы вызвали в зале суда смех одобрения. Сразу стало ясно, что показательный процесс Петерса провалился. В итоге обвиняемых не расстреляли, а вскоре даже выпустили на свободу.

12 мая 1923 года Лука был тайно хиротонисан в епископа Ташкентского и Туркестанского. Впоследствии ему предстояло стать архиепископом Красноярским, а также архиепископом Тамбовским и Мичуринским. Это было связано с его зачастую вынужденными переездами. Потому что в жизни архиепископа Луки началась тяжелая и страшная полоса арестов, тюрем и ссылок. Как многие честные люди в тогдашней России, он бы объявлен «врагом народа».

Поразительно, что в той атмосфере страха, в которой жила Россия, страха, подпитанного анонимными доносами, ночными арестами, тюремными пытками и издевательствами, епископ Лука ничего и никого не боялся. Он не скрывал свою приверженность вере, не прятался, не лицемерил. В университете он читал свои лекции в епископской мантии, с крестом на груди, хотя прекрасно понимал, что его может за это ожидать.

Гонения и репрессии начались после того, как епископ Лука сплотил вокруг себя всех тех священников, которые поддерживали Патриарха Тихона. 3 июня 1923 года новый епископ отслужил в соборе свою первую службу. На следующий день студенты Ташкентского университета, те самые студенты, коих он учил и кому передавал свой уникальный врачебный опыт, провели собрание, на котором потребовали уволить профессора Войно-Ясенецкого. Руководство университета отказалось выполнить студенческое требование, но епископ Лука сам немедленно написал заявление об уходе.

В.Ф. Войно-Ясенецкий, фотография из следственного дела

А вечером 10 июня после всенощного бдения Владыка был арестован.

На допросе в Ташкентском ЧК епископ Лука заявил: «Я был бы подлым лжецом перед правдой Христовой, если бы своим епископским авторитетом одобрил бы не только цели революции, но и революционный метод. Мой священный долг учить людей тому, что свобода, равенство и братство священны, но достигнуть их человечество может только по пути Христову – пути любви, кротости, отвержения от себялюбия и нравственного совершенствования. Учение Иисуса Христа и учение Карла Маркса – это два полюса, они совершенно несовместимы, и потому Христову правду попирает тот, кто, прислушиваясь к Советской власти, авторитетом Церкви Христовой освящает и покрывает все ее деяния».

Судить епископа Луку в Ташкенте чекисты побоялись и решили отправить его в Москву. Утром 10 июля его посадили в поезд, но отойти от перрона поезд не смог: прихожане храма и многие из тех, кого лечил и чьи жизнь спас уникальный хирург Войно-Ясенецкий, легли на рельсы, не желая отпустить любимого врача. Но чекисты прикладами разогнали людей, и поезд тронулся в путь.

Впереди епископа Луку ждали 11 лет тяжелых испытаний, новые аресты, новые ссылки. Его бросали в тюрьму и ссылали в такие места, где человеку просто невозможно выжить. Енисейск, деревня Хая, Туруханск, деревня Плахина, которая находилась за 230 километров от Полярного круга.

И во всех городках и деревнях, куда его ссылали, епископ Лука продолжал лечить и спасать людей. А большевики нервничали, видя, как растет популярность врача-священника и отправляли его всё дальше и дальше в самые отдаленные уголки северной России.

Во время третьего ареста, когда епископа Луку обвиняли в создании «контрреволюционной церковно-монашеской организации», его подвергли ужасным пыткам. Допрос методом «конвейера» – 13 суток без сна. Его пытались заставить сознаться в шпионаже в пользу иностранных государств, требовали назвать имена «заговорщиков». В ответ архиепископ Лука объявил голодовку на 18 суток. Он открыто говорил на допросах: «Я являюсь идейным и непримиримым врагом Советской власти. Это враждебное отношение у меня создалось после Октябрьской революции и осталось до сего времени, <…> так как не одобрял ее кровавых методов насилия над буржуазией, а позднее, в период коллективизации, мне было особенно мучительно видеть раскулачивание кулаков. <…> Большевики, враги нашей Православной Церкви, разрушающие церкви и преследующие религию, – враги и мои как одного из активных деятелей Церкви, епископа».

Вероятно, если бы не Великая Отечественная война, епископа Луку расстреляли бы или он умер бы в какой-нибудь деревушке за Полярным кругом. Но с началом войны советская власть немного одумалась и была вынуждена возвращать из ссылок и тюрем специалистов в различных областях.

В сентябре 1941 года Владыку привезли в Красноярск, где он стал консультантом всех госпиталей Красноярского края и главным хирургом Военного эвакуационного госпиталя. Каждый день он работал по 8–9 часов, делая по 3–4 операции в сутки. Поскольку в Красноярске к тому моменту не осталось ни одной действующей церкви, архиепископ Лука каждый день рано утром уходил в пригородный лес и молился на лесной поляне, поставив складную иконку на пенек.

В феврале 1944 года Военный госпиталь переехал в Тамбов, и Владыка возглавил Тамбовскую кафедру. Ему удалось многого добиться, несмотря на постоянные угрозы со стороны курирующих Церковь чиновников. Архиепископ Лука активно проповедует, и его проповеди записываются и распространяются среди прихожан. Помогает он и фронту. Под его руководством было собраны деньги на строительство танковой колонны имени Дмитрия Донского и эскадрильи имени Александра Невского. За два неполных последних года войны на нужды фронта было перечислено около миллиона рублей.

В феврале 1945 года Патриарх Алексий I наградил архиепископа Луку в числе семи старейших архиереев правом ношения бриллиантового креста на клобуке – «во внимание к архипастырским трудам и патриотической деятельности». А в декабре 1945 года советская власть наградила бывшего ссыльного и политзаключенного архиепископа Луку медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». После вручения медали председатель Тамбовского облисполкома, обращаясь к Владыке, сказал, что труд его как консультанта эвакогоспиталя завершен, но он надеется, что профессор и впредь будет делиться своим большим опытом с медиками города, на что архиепископ Лука ответил так: «Я учил и готов учить врачей тому, что знаю; я вернул жизнь и здоровье сотням, а может быть, и тысячам раненых и наверняка помог бы еще многим, если бы вы (он подчеркнул это «вы», давая понять слушателям, что придает слову широкий смысл) не схватили меня ни за что ни про что и не таскали бы одиннадцать лет по острогам и ссылкам. Вот сколько времени потеряно и сколько людей не спасено отнюдь не по моей воле». Эти слова вызвали шок. На то время в президиуме и в зале воцарилась тягостная тишина. Придя в себя, председатель промолвил, что прошлое пора забыть, а жить надо настоящим и будущим. И тут снова раздался басовитый голос владыки Луки: «Ну нет уж, извините – не забуду никогда!»

В начале 1946 года бывший профессор медицины Войно-Ясенецкий, а ныне архиепископ Лука, за разработку новых хирургических методов лечения гнойных заболеваний и ранений получил Сталинскую премию первой степени в размере 200 тысяч рублей, из которых 130 тысяч он передал на помощь детским домам.

Архиепископ Крымский Лука

В мае 1946 года владыка Лука указом Патриарха был переведен в Симферополь и назначен архиепископом Симферопольским и Крымским. Пока он был в силах, он много писал и в архиерейском облачении читал лекции для врачей Крымской области.

В 1955 году архиепископ Лука полностью ослеп, но даже тогда он не прекращал своей активной деятельности: проповедовал, диктовал мемуары (книга вышла в 1990-х годах под названием «Я полюбил страдание»). Даже будучи полностью слепым, он продолжал принимать больных, поражая других врачей безошибочностью своего диагноза. В храм архиепископ Лука входил без посторонней помощи, прикладывался к иконам, читал наизусть молитвы и Евангелие и помазывал прихожан елеем.

Отошел архиепископ Лука ко Господу 11 июня 1961 года, в день Всех святых, в земле Российской просиявших, и был похоронен на Первом Симферопольском кладбище справа от храма Всех святых.

22 ноября 1995 года Русская Православная Церковь канонизировала архиепископа Луку (Войно-Ясенецкого) в сонме новомучеников и исповедников Российских, а 20 марта 1996 года его мощи были перенесены в Свято-Троицкий собор г. Симферополя.

Как врач святитель Лука оставил потомкам свыше 60 научных работ по медицине, а его знаменитый труд «Очерки гнойной хирургии» стал настольной книгой врачей. За годы священства архиепископ Лука произнес свыше 1250 проповедей, из которых 750 записаны (10 томов – Ред.). Кроме того, он разработал большой богословский труд «Дух, душа и тело», в котором разобрал вопрос о душе и духе человека, а также учение Святого Писания о сердце как органе богопознания. 

О своей приверженности православной вере святитель не уставал говорить и писать. Так, в частности, в письме к сыну Михаилу он писал: «Мое служение Богу для меня величайшая святыня и первейший долг… А в служении Богу – вся моя радость, вся моя жизнь, ибо глубока моя вера»

Интересна и значима для всей жизни святителя мысль, которую он приводит в своих мемуарах, когда вспоминает себя, восемнадцатилетнего юношу, которому директор гимназии при вручении аттестата подарил Новый Завет: «Правильное представление о Христовом учении я незадолго до этого вынес из усердного чтения всего Нового Завета. <…> Но ничто не могло сравниться по огромной силе впечатления с тем местом Евангелия, в котором Иисус, указывая ученикам на поля созревшей пшеницы, сказал им: "Жатвы много, а делателей мало. Итак, молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою" (Мф. 9, 37). У меня буквально дрогнуло сердце, я молча воскликнул: “О Господи! Неужели у Тебя мало делателей?!” Позже, через много лет, когда Господь призвал меня делателем на ниву Свою, я был уверен, что этот евангельский текст был первым призывом Божиим на служение Ему».

Святитель Лука, архиепископ Крымский и Симферопольский, исповедник и проповедник, гениальный врач, ученый и педагог, всей своей жизнью доказал, что он был верным и последовательным делателем для Бога и как священник, и как врач – всюду, куда бы ни посылал его Господь.

* * *

Рассказать на нескольких страницах маленького очерка о жизни этого великого человека невозможно. Несколько лет назад в издательстве Данилова мужского монастыря вышла замечательная книга о святителе Луке. Возможно, кому-то повезет: он сумеет ее приобрести и будет иметь счастье прочитать познавательную и увлекательную книгу о поистине великом и святом человеке.

Петр Селинов

 


 

 

Комментарии   

0 # Сверхгрешник 11.06.2018 10:56
Огромное спасибо за прекрасную статью.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать | Сообщить модератору