Немощнейший сосуд

Мария Сараджишвили

В Евангелии женщина названа немощнейшим сосудом (1 Пет. 3:7). Для каждой дочери Евы свойственны перепады настроения, эмоциональность и иногда отсутствие логики в поведении. В этих разных историях, взятых из грузинской прессы, как раз об этом. Возможно, кому-то они помогут пересмотреть свою жизнь и сделать полезные выводы.

Женская логика

Мама только что вернулась из магазина и начала пересказ убанских (1) новостей:

– Видела Пацико...

Я молчу. Следом очередной залп:

– Ты помнишь Пацико?..

– Да как ее забудешь.

...Пацико была маминой одноклассницей. Про таких говорят: в паспорте 75, а в сердце – хорошо, если 17 исполнилось.

Если не изменяет память, ее отец был кем-то по партийной части, а мать ветром перемен занесло из Прибалтики. У них долго не было детей, и когда наконец-таки родилась дочка, отец на радостях назвал ее Пацацина – «Крошка». При этом, видимо, не учел генетику, и со временем Крошка превратилась в рослую девицу с 40-м размером ноги. А имя Пацико осталось. Не менять же паспорт и кучу бумаг, которыми обрастает человек в течение двадцати лет. Потом она закончила, не помню что, и устроилась воспитательницей в школьную продленку.

Первой из всего класса она выскочила замуж по большой любви, родила сына Гелу и тут же развелась. Муж оказался гулякой и пьяницей. Пацико раз десять мирилась и снова ссорилась. Потом публично клялась, что она «не будет женщиной, если еще раз его простит». В итоге они расстались, и Пацико подала в суд, чтобы отвоевать для сына положенную жилплощадь. Супруг надавил на какие-то ему знакомые рычаги, и тяжба затянулась лет на 40. За эти годы в его жизни возникали новые жены и дети, страна поменяла статус, пережила войны и дестабилизацию, сын Гела тоже несколько раз женился-разводился и в итоге сам стал дедушкой.

Хохотушка Пацико, сильно потрепанная жизнью, всё так же продолжала носиться по району с несвойственной для своих лет и комплекции моторностью и рассказывала всем подряд очередную серию своих злоключений:

– А я ему... сказала: «Не дождешься!» Я ни метра не уступлю этой мерзавке Дали! Еще мало я ей волос выдрала в прошлый раз. Вот вам!

И показывала изумленной слушательнице внушительный кукиш, который, конечно, предназначался захватчицам кровной жилплощади...

***

– И как Паци? – спрашиваю маму, хотя и не жду ничего нового.
– Представляешь, сын привез ей парализованного Вахо и сказал: «Смотри за ним. Всё-таки мой отец... Не собака какая-нибудь».
– И что она?
– Ничего. Смотрит. Ругает его 24 часа в сутки, но продолжает носить судно.
– А Вахо как?
– Никак. Речи нет, говорю.
– А с квартирой что?
– Пятой жене досталось каким-то образом.
– Бедная Пацико... Снова судиться будет?
– Нет, говорит, «как-то уже не интересно стало... Всё равно он со мной...»

Примечание

1. Районных (груз.)

Хромая невестка

Я хочу рассказать вам одну историю, не очень приятную, но поучительную. Моя подруга-красавица много лет назад, еще в младших классах, заболела полиомиелитом и навсегда осталась хромой. Скольких мучений, и моральных, и физических, ей это стоило – и так ясно. Но, несмотря на все проблемы, она была настолько хороша и внешне, и внутренне, что в поклонниках недостатка никогда не было. Многие объяснялись, просили ее руки, в том числе и Гурам. Он был по уши влюблен в Ани. И, хотя чувства у них были взаимные, Ани боялась не понравиться его родным. Однажды Гурам всё же решился рассказать домашним о своей избраннице. Его мать устроила грандиозный скандал с карвалолом в руках. Грозилась выброситься из окна, крича на всю улицу: «Ты у меня такой красивый парень всем на загляденье и должен жениться на какой-то хромоножке?! Только через мой труп!» Короче говоря, столько она воевала, что добилась своего – Гурам раздумал жениться на Ани. Прошло время. Гурам женился на той, которую ему выбрала мать. Ани тоже вышла замуж. Она создала прекрасную семью, стала заботливой женой и мамой. Свекровь не нарадуется на нее.

Два месяца назад мать Ани сломала ногу и попала в больницу. Мы постоянно находились с ней. В палату к ней положили молодую женщину, у которой было какое-то осложнение с бедром после родов. Ей неудачно сделали операцию, и она стала хромой. На другой день к ней приехали муж и свекровь. Представьте наше удивление, когда мы узнали в вошедших Гурама и его крикливую мамашу! По иронии судьбы жена, которую она навязала своему сыну, стала хромой, и на этот раз матери пришлось с этим смириться. Увидев Ани, она прослезилась и, вызвав ее в коридор, стала извиняться. Только кому они теперь были нужны, ее извинения?..

Журнал «Рейтинг» № 49, 2010 год

«Сгораю от стыда, когда вспоминаю, что я вытворяла...»

Мне 73 года. Три месяца назад я сломала ногу и теперь прикована к постели. Единственный мой кормилец – человек, кому я причинила много боли. Это пасынок моего единственного сына.

Я всегда была сумасшедшей матерью и оберегала сына от всех неприятностей. Мой муж умер рано, и мой ребенок был для меня центром Вселенной. Я никогда не думала о личной жизни. Боялась, что отчим будет плохо относиться к моему мальчику. Поэтому я вырастила его так, что не позволяла даже легкому ветерку коснуться его, не говоря уже о более крупных неприятностях.

Со временем я стала подыскивать сыну невесту, да такую, чтобы все окружающие разинули рты от удивления.

Но однажды мой мальчик объявил мне:

– Я хочу жениться, но знаю, что она тебе не понравится. Но я ее очень люблю.

Я похолодела и сразу поняла, что должна случиться какая-то катастрофа.

Еле выдавила дрожащим голосом:

– А что в ней такого ужасного?
– Она была замужем.

Я заголосила на весь дом:

– Вай, что делается?! Чем накормили моего сына, что он потерял последние мозги?

Сын подождал, пока я перестану кричать, и добил меня окончательно:

– Смотри, с ума не сойди. У нее еще и сын есть, и он будет жить с нами!

У меня потемнело в глазах, и я не помню, как добралась до постели. Слегла от горя. Но ничего не помогло. Мой сын ушел к этой женщине. Какое-то время я крепилась, держалась за свой принцип, потом сдалась и попросила его вернуться. Они переселились ко мне с ребенком. Это было выше моих сил. Я прямо так и говорила: «По моему дому чей-то ребенок ходит».

Я ненавидела этого бедного мальчика всеми фибрами своей души. К тому же он всё время путался у меня под ногами. Однажды он назвал меня бабушкой, и я вскипела: «Какая я тебе бабушка? Не смей меня так называть!»

А он уже был большим и всё понимал. Потом моя невестка родила двух девочек, которых я полюбила без памяти, но продолжала игнорировать их брата. В жизни я ему даже пуговицу не подарила.

Прошли годы. Пасынок моего сына окончил школу и поехал к своему отцу в Россию. Там выучился, обзавелся семьей и создал фирму. И теперь содержит моего сына с семьей. Мне отдельно посылает деньги и часто спрашивает, не нужно ли чего-нибудь еще. От родных внучек я не вижу такой заботы, как от этого мальчика. И сгораю от стыда, когда вспоминаю, что я с ним вытворяла раньше...

Ламзира
Журнал «Сарке», 11 декабря 2013 года

Изображение: картина Надараиа Автандила, «Тбилисский дворик»


 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить