Белый ангел

Православная история в иллюстрациях

Немка по происхождению, протестантка по вероисповеданию, в 20 лет она приехала в Россию, приняла Православие и основала в нашей стране первую настоящую обитель милосердия. Вы, конечно же, догадались, что речь идет о Великой княгине и преподобномученице Елисавете Феодоровне Романовой. В марте 2015 года в Государственном центральном музее современной истории России открылась выставка «Белый ангел», посвященная Марфо-Мариинской обители милосердия и ее основательнице. Хотя 150-летие со дня рождения княгини Елисаветы отмечалось в ноябре 2014 года, но и в этом году Русская Православная Церковь продолжает чествовать Великую княгиню. «Прихожанин» решил посвятить Княгине Елисавете Феодоровне Романовой отдельный рассказ в рубрике «Православная история в иллюстрациях».

Елизавета Александра Луиза Алиса Гессен-Дармштадтская, будущая Великая княгиня Елисавета Феодоровна Романова, родилась 1 ноября 1864 года в Дармштадте. Елизаветой ее назвали в честь святой Елизаветы Тюрингской, дочери венгерского короля Андраша II и католической святой, которая считалась родоначальницей герцогов Гессенских и прославилась своим милосердием. Правда, все домочадцы называли девочку кратко – Элла.

Великий герцог
Гессен-Дармштадтский Людвиг IV
и принцесса Алиса

Родителями Эллы были Великий герцог Гессен-Дармштадтский Людвиг IV и принцесса Алиса, дочь английской королевы Виктории. Гессен – небольшое герцогство площадью в 21 тысячу квадратных километров, расположенное в самом центре Германии. Герцогская семья вела очень скромный образ жизни. Жители герцогства так любили герцогиню Алису, что после ее смерти на собранные деньги установили ей памятник с надписью «Алисе – незабвенной Великой герцогине».

Английская королева Виктория

Бабушка будущей княгини – знаменитая английская королева Виктория. Она пробыла на троне 63 года, и период ее правления – викторианская эпоха – считается временем расцвета Британии. Кстати, Элла и ее сестра Алиса (будущая российская императрица Александра Феодоровна) много времени провели в Осборн-хаусе – резиденции королевы Виктории – под пристальным оком грозной бабушки.

 

Семья Гессен

У герцогской четы было семеро детей: Виктория, Елизавета, Ирэна, Эрнест-Людвиг, Фридрих, Алиса (будущая императрица Российская Александра Феодоровна) и Мария . Великая герцогиня Алиса воспитывала детей в строгих правилах: они сами убирали свои комнаты, постели, самостоятельно следили за своим туалетом, топили камин. Впоследствии Великая княгиня Елисавета не раз говорила: «В доме меня научили всему». Но главное – в семье Гессен детей учили состраданию. Дети вместе с матерью ездили по больницам, навещали сирот в приютах, посещали дома инвалидов…

Элла

Безмятежное детство у маленькой Эллы закончилось очень рано. Когда ей было 9 лет, насмерть разбился ее младший брат Фридрих. А спустя 3 года все члены семьи Гессен заболели дифтеритом – болезнью, которая в те времена плохо поддавалась излечению. Герцогиня Алиса выхаживала детей, но вскоре четырехлетняя Мария умерла, а вслед за ней в возрасте 35 лет скончалась и сама Алиса. Четырнадцатилетняя Элла всеми силами пыталась облегчить горе своего отца, утешала младших сестер и брата, пытаясь хоть в малой мере заменить им мать. Эти несчастья закалили характер юной Елизаветы. Многие вспоминали, что уже тогда Элла проявляла исключительную душевную доброту и милосердие.

Первая красавица Европы

Вскоре об Элле из рода Гессен заговорили по всей Европе. Считалось, что в Старом Свете есть только две красавицы – и обе Елизаветы: супруга императора Франца Иосифа Елизавета Австрийская и Елизавета Гессенская. Повзрослевшая Элла была ослепительно красива, при этом все отмечали ее одухотворенность, обаяние и чарующую душевную красоту, простоту и изящность ее манер, притягательность ее пленительных глаз. К ней сватались самые известные и аристократичные мужчины Европы, среди которых были Фридрих Баденский и прусский кронпринц Вильгельм…

Елисавета со своим супругом
Великим князем
Сергеем Александровичем

…Но выбор Елизаветы пал на Великого князя Сергея Александровича, брата императора Александра III. Элла и Сергей знали друг друга давно, еще детьми, так как Сергей в юности не раз гостил и в Германии у семьи Гессен и в Англии у королевы Виктории.

3 (15) июня 1884 года в Придворном соборе Зимнего дворца состоялось их венчание. Причем обряд проходил дважды: сначала по православному обряду, потом – по протестантскому. Кстати, на свадьбу принцессы Елизаветы в Россию приехала и ее младшая сестра Алиса. Здесь она встретила своего будущего супруга цесаревича Николая Александровича.

После венчания молодые поехали в роскошный дворец на Невском проспекте, который Великий князь Сергей купил незадолго до свадьбы. Там их по русскому обычаю встречали хлебом-солью император Александр III и императрица Мария Феодоровна. Медовый месяц молодожены провели в имении Ильинское. Современники отмечали красоту новой супружеской пары и их схожесть друг с другом.

После свадьбы княгиня Елисавета Феодоровна под руководством мужа занялась изучением русского языка, истории Русского государства и Русской Православной Церкви. Князь Сергей Александрович был глубоко религиозным человеком, он строго соблюдал посты, ездил по монастырям и жил по уставу Святой Церкви. Княгиня во всем следовала за супругом. В своих письмах Елисавета пишет, что она невероятно счастлива с мужем. В свете о князе Сергее ходило немало нелицеприятных слухов, но сама Элла в письмах к родным писала, что очень любит своего мужа и любима им: «Пусть мужья и жены всегда любят друг друга так, как мы...»

Великие князья Сергий Александрович, Павел Алексанрович
и Великая княгиня Елисавета Феодоровна
в храме Св. Марии Магдалины в Гефсимании в Иерусалиме

В 1882 году князь Сергей Александрович основал Императорское Палестинское общество, главной задачей которого стала забота о паломниках из России, посещавших Святую Землю. С его помощью были выкуплены такие библейские святыни, как Мамврийский дуб, часть горы Голгофы и Гефсиманский сад. На Масличной горе по повелению императора Александра III был построен монастырь в память его матери православной императрицы Марии Александровны и освящен в честь ее небесной покровительницы святой равноапостольной Марии Магдалины, ученицы и верной последовательницы Спасителя.

На освящение монастыря приехали Великие князья Сергей и Павел Александровичи и княгиня Елисавета Феодоровна. Пораженная красотой храма, она произнесла: «Как бы я хотела быть похороненной здесь». Ее словам суждено было сбыться.

Портрет Елисаветы Феодоровны
кисти Фридриха Августа фон Каульбах

Именно после поездки на Святую Землю, паломничества в Назарет, посещения Святой горы Фавор и Гроба Господня княгиня Елисавета принимает решение перейти в Православие. 1 января 1891 года она пишет отцу о своем решении: «Я все время думала и читала и молилась Богу указать мне правильный путь – и пришла к заключению, что только в этой религии я могу найти настоящую и сильную веру в Бога, которую человек должен иметь, чтобы быть хорошим христианином». 13 апреля 1891 года, в Лазареву субботу, над княгиней Елисаветой Феодоровной был совершен чин присоединения к Православной Церкви через миропомазание с оставлением ей прежнего имени, но уже в честь святой праведной Елисаветы, матери Крестителя Господня пророка Иоанна Предтечи.

В этом же году князь Сергей Александрович был назначен на должность генерал-губернатора Москвы. А вскоре жители Москвы смогли оценить милосердие супруги губернатора. Княгиня Елисавета посещала больницы для бедных и приюты для беспризорных детей и повсюду старалась облегчить страдания людей: раздавала еду, одежду, деньги, как могла улучшала условия жизни несчастных.

При всем своем безграничном милосердии к больным, страдающим людям лишь одного княгиня Елисавета категорически не могла принять. Она была активная сторонница любых самых жестких и решительных мер по отношению к революционерам и террористам. «Неужели нельзя судить этих животных полевым судом? – спрашивала она у императора. – Необходимо сделать все, чтобы не допустить превращения их в героев… Нечего жалеть тех, кто сам никого не жалеет». Она словно бы предчувствовала, что рука террориста разрушит ее семейное счастье.

4 (17) февраля 1905 года князь Сергей Александрович был убит бомбой, брошенной террористом Иваном Каляевым. Уже через несколько минут Елисавета была на месте взрыва. Ее пытались удержать, отвести от страшного зрелища, но она не позволила. С помощью солдат, стоя на коленях в снегу, не плача, она своими руками собрала и положила на носилки части тела мужа, разбросанные взрывом, которые потом отнесли в церковь Чудова монастыря и положили перед амвоном.

…Потом княгиня отправилась во дворец и переоделась в траурное платье, которое решила больше не снимать. На третий день после смерти мужа она поехала в тюрьму, где содержался его убийца. До нас дошла лишь часть беседы, которая состоялась между ними. «Я не хотел убивать Вас, – сказал ей Каляев. – Я видел его несколько раз в то время, когда имел бомбу наготове, но Вы все время были с ним, и я не решился его тронуть». «И Вы не сообразили, что убили меня вместе с ним?» – спросила княгиня Елисавета. Она призывала Каляева покаяться, оставила убийце Евангелие и маленькую икону, но, выйдя из тюрьмы, произнесла: «Моя попытка оказалась безрезультатной, хотя, кто знает, возможно, что в последнюю минуту он осознает свой грех и раскается в нем». Интересно, что княгиня Елисавета, которая всегда была сторонницей решительной борьбы с террористами, даже обратилась к императору Николаю II с просьбой помиловать убийцу ее мужа… Но ее прошение было отклонено.

С момента гибели князя Сергея Великая княгиня не снимала траур, много молилась, держала строгий пост. А на месте взрыва по ее просьбе был установлен памятник-крест, созданный по проекту художника В.М. Васнецова с выбитыми у подножия креста словами Иисуса Христа из Евангелия от Луки: «Отче, отпусти им, не ведают бо, что творят» (Лк. 23, 34). Кстати, этот памятник-крест был снесен большевиками 1 мая 1918 года, причем активное личное участие в сносе креста принимали В.И. Ленин и Я.М. Свердлов.

После трагической гибели мужа княгиня Елисавета навсегда удалилась от света, посвятив себя делам милосердия и благотворительности. Она распродала все свое имущество: уникальные драгоценности, великолепные картины… Часть вырученных денег отдала в казну и родственникам, а оставшуюся сумму решила использовать для создания в Москве обители милосердия.

В мае 1907 года с благословения митрополита Московского и Коломенского Владимира княгиня Елисавета приобрела у купца К.А. Соловьева владение с четырьмя двухэтажными домами и огромным садом на Большой Ордынке в Замоскворечье, а в 1909 году докупила прилегающий к обители участок с домом. В самом большом двухэтажном доме расположились столовая для сестер, кухня и другие хозяйственные помещения, в другом – церковь и больница, рядом аптека и амбулатория для приходящих больных. В четвертом доме находилась квартира для священника, духовника обители, школьные классы для девочек приюта и библиотека.

Марфо-Мариинская обитель милосердия открылась 23 (10) февраля 1909 года. В этот день Великая княгиня впервые после гибели мужа сняла траурное платье, облачилась в одеяние крестовой сестры любви и милосердия и, собрав семнадцать сестер основанной ею обители, сказала: «Я оставляю блестящий мир, где я занимала блестящее положение, но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир – в мир бедных и страдающих».

Выбирая название для своей обители, княгиня Елисавета Феодоровна решила посвятить ее святым праведным Марфе и Марии – сестрам праведного Лазаря Четверодневного. В Евангелии есть рассказ о том, как Мария села однажды у ног Христа и стала слушать Его учение, тогда как Марфа в это время одна заботилась об угощении Гостя. Это было не в традиции иудейских женщин – сидеть с мужчинами и слушать их разговоры, но Мария не могла оторваться и продолжала с жадностью ловить слова Христа. «Марфа же заботилась о большом угощении и подошедши сказала: Господи! Или Тебе нужды нет, что сестра моя одну меня оставила служить? Скажи ей, чтобы помогла мне. Иисус же сказал ей в ответ: Марфа! Марфа! Ты заботишься и суетишься о многом, а одно только нужно. Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у нее» (Лк. 10, 40-42). Называя обитель в честь двух сестер, княгиня Елисавета как бы объединяла два служения: «служение Марии» и «служение Марфы», служение монашеское и служение милосердия.

Знаменитый Покровский храм в обители был построен по проекту архитектора А. Щусева, внутреннее убранство расписал знаменитый художник М.В. Нестеров. К сожалению, при большевиках поразительные по своей красоте и жизни яркие фрески, созданные Михаилом Васильевичем Нестеровым, служители Санпросвета замажут темной краской…

Священник Митрофан Серебрянский,
духовник Марфо-Мариинской обители

Княгиня Елисавета очень много работала над составлением Устава обители. Одно время она даже думала возродить древний институт диаконис, но потом отказалась от этой идеи. Однажды ей в руки попалась книга «Дневник полкового священника, служившего на Дальнем Востоке во весь период минувшей Русско-японской войны», написанная священником Митрофаном Серебрянским. Княгиня пригласила его в Москву, и в результате их бесед родился проект Устава Марфо-Мариинской обители. Более того, княгиня упросила отца Митрофана переехать в Москву и стать духовником ее обители. Тот поначалу колебался, не решаясь оставить свой приход в Орле и огорчить своих прихожан. Он даже сел писать княгине письмо с отказом, но в это мгновение пальцы на руке стали неметь и рука отнялась. Отец Митрофан принял это за знак свыше и попросил отправить княгине телеграмму с сообщением, что он согласен. Вскоре способности руки полностью восстановились.

Согласно принятому Уставу сестры, жившие в обители, приносили обеты целомудрия, нестяжания и послушания. Однако, в отличие от монахинь, по истечении определенного срока (1 год, 3, 6 и более лет) они могли уйти из обители, создать семью и быть свободными от данных обетов. Сестры в обители получали серьезную психологическую, духовную и медицинскую подготовку, лучшие врачи Москвы читали им лекции; в Покровском храме проходили просветительские лекции и беседы, заседания Палестинского и Географического обществ, духовные чтения…
В Марфо-Мариинской обители княгиня Елисавета вела подвижническую жизнь: спала на деревянных досках без матраса и тайно носила власяницу. Привыкшая с детства к труду, она все делала сама и как рядовая сестра участвовала во всех делах обители: ночами ухаживала за тяжелобольными, обходила беднейшие кварталы, помогая бедным, часто посещала страшный Хитров рынок, вызволяя оттуда малолетних детей…

Когда началась Русско-японская война, княгиня Елисавета немедленно организовала помощь фронту. Первым делом в залах Кремлевского дворца были созданы мастерские для помощи солдатам. Елисавета организовала отправку на фронт тюков с продовольствием, обмундированием и медикаментами, а также походных церквей с иконами и всем необходимым для богослужения. Княгиня не только собирала средства, которые потоком стекались в Кремль со всей Москвы и провинции, но и на свои личные средства подготовила и отправила на фронт несколько санитарных поездов. Помимо этого, для раненых солдат она устроила госпиталь и создала специальные комитеты для помощи вдовам и сиротам, лишившимся своих кормильцев на войне.

Почитание Великой княгини Елисаветы Феодоровны в те годы было поистине безграничным. Ее любили, ею восхищались, называя «белым ангелом Москвы».

«На Ордынке я остановил извозчика у ворот Марфо-Мариинской обители: там во дворе чернели кареты, видны были раскрытые двери небольшой освещенной церкви, из дверей горестно и умиленно неслось пение девичьего хора. Мне почему-то захотелось непременно войти туда. Дворник у ворот загородил мне дорогу, прося мягко, умоляюще:

– Нельзя, господин, нельзя!
– Как нельзя? В церковь нельзя?
– Можно, господин, конечно, можно, только прошу вас за-ради Бога, не ходите, там сичас Великая княгиня Ельзавет Федровна и Великий князь Митрий Палыч...

Я сунул ему рубль – он сокрушенно вздохнул и пропустил. Но только я вошел во двор, как из церкви показались несомые на руках иконы, хоругви, за ними, вся в белом, длинном, тонколикая, в белом обрусе с нашитым на него золотым крестом на лбу, высокая, медленно, истово идущая с опущенными глазами, с большой свечой в руке, Великая княгиня; а за нею тянулась такая же белая вереница поющих, с огоньками свечек у лиц, инокинь или сестер, – уж не знаю, кто были они и куда шли. Я почему-то очень внимательно смотрел на них». (Это – отрывок из чудесного рассказа «Чистый понедельник» Ивана Бунина).

…С приходом к власти большевиков страшные тучи стали стремительно сгущаться над страной. Это понимали и в России, и за рубежом. Королевские дома Европы пытались спасти княгиню от неминуемого ареста. Германское правительство даже добилось от правительства большевиков разрешения для Елисаветы Феодоровны покинуть Россию. Дважды к ней приезжал немецкий посол граф Мирбах с предложением уехать, но она не приняла его, передав на словах: «Я никому ничего дурного не сделала. Буди воля Господня!»

…Ее арестовали 24 апреля (7 мая) 1918 года – на третий день Пасхи, в праздник Иверской иконы Божией матери. Арестовали по личному указанию В.И. Ленина. По его распоряжению председатель ВЧК Ф.Э. Дзержинский прислал для ее ареста отряд латышский стрелков. На сборы ей дали 30 минут. Прежде чем сесть в машину, настоятельница Марфо-Мариинской обители Великая княгиня Елисавета Феодоровна осенила всех плачущих сестер обители широких крестом и сказала: «Не плачьте! На том свете свидимся». Вместе с ней поехали две сестры – келейница княгини Варвара (Яковлева) и сестра Екатерина (Янышева). Другим сестрам чекисты не позволили сопровождать настоятельницу.

Напольная школа в Алапаевске, где содержались
арестованные члены семьи Романовых

Опасаясь народных бунтов, большевистское правительство решило уничтожать членов семьи Романовых по-тихому и вдали от Москвы и Петрограда. Великую княгиню с сестрами вывезли сначала в Пермь, потом в Екатеринбург, оттуда в Алапаевск. Их поселили на окраине города в здании Напольной школы. Вместе с ними под арестом находились: великий князь Сергей Михайлович (младший сын Великого князя Михаила Николаевича, брата императора Александра II), его секретарь Федор Ремез, три брата Иоанн, Константин и Игорь (сыновья Великого князя Константина Константиновича), а также князь Владимир Палей (сын Великого князя Павла Александровича). В этом доме арестованные члены царской семьи прожили два месяца. Елисавета Феодоровна много трудилась и неустанно молилась. Она понимала: конец близок.

Убиение преподобномученицы Елисаветы

5 (18 июля) 1918 года чекисты получили от Ленина и Свердлова приказ уничтожить алапаевских узников. Глубокой ночью их посадили в телеги и отвезли на заброшенную шахту Новая Селимская в 18 километрах от Алапаевска. Там их зверски казнили: живыми (кроме князя Сергея Михайловича, которого застрелили) сбросили на дно шахты, а потом закидали бревнами и гранатами. За казнью, совершаемой большевистскими извергами, наблюдал местный крестьянин. Он рассказал, что, когда сталкивали в шахту Великую княгиню, она повторяла вслух молитву Спасителя: «Господи, прости им, ибо не ведают, что творят». И еще долгое время из-под земли доносились звуки Херувимской.

Когда спустя 3 месяца белая армия под командованием Колчака освободила Алапаевск, то первым делом достали тела погибших. Было установлено, что они погибли в страшных мучениях от ран, голода и жажды. Было также установлено, что княгиня Елисавета Феодоровна упала не на самое дно шахты, а на выступ на глубину 15 метров. Рядом с ней оказался князь Иоанн. И даже на краю гибели Великая княгиня продолжала милосердствовать – в полной темноте она перевязала раны князя своим апостольником. Когда тела подняли на поверхность, все увидели, что пальцы Великой княгини и инокини Варвары были сложены для крестного знамения.

Церковь Святой Марии Магадалины в Гефсиманском саду, где находятся останки Великой княгини
Рака с мощами святой Елисаветы
в церкви Святой Марии Магдалины

Извлеченные тела неизвестный монах в наскоро сколоченных гробах через всю охваченную гражданской войной Сибирь повез сначала в Пекин, а затем в Харбин. За время долгого пути все тела сильно разложились, и лишь тело Великой княгини осталось нетленным.

Икона преподобномученицы
святой Вел. княгини Елисаветы

В ноябре 1920 года останки Елисаветы Феодоровны и ее келейницы Варвары по настоянию сестры Великой княгини принцессы Виктории через Шанхай и Порт-Саид были перевезены в Иерусалим. Здесь в так называемой Русской Гефсимании они обрели свой вечный покой: в склепе церкви Святой равноапостольной Марии Магдалины стоят два гроба. В одном – нетленные мощи Великой княгини Елисаветы Феодоровны Романовой, в другом – ее верной келейницы Варвары, которая отказалась покинуть свою игумению, чтобы спасти жизнь. Исполнилось желание княгини покоиться на Святой Земле. В ногах Великой княгини поместили шкатулку, которая всегда была с преподобномученицей. В ней находился оторванный взрывом палец Великого князя Сергея Александровича и прядь волос царственного мученика цесаревича Алексия.

В 1992 году на Архиерейском соборе Русской Православной Церкви Великая княгиня Елисавета и сестра Варвара были причислены к лику святых и включены в Собор новомучеников и исповедников Российских.

 

 

Статуя княгини Елисаветы в Вестминстерском аббатстве

Лик милосердной Великой княгини Елисаветы Феодоровны можно увидеть и в Вестминстерском аббатстве в Лондоне. В конце XX века во время реставрационных работ на западном фасаде аббатства было принято решение установить в нишах над дверями статуи мучеников-христиан XX века, которые приняли смерть в своей родной стране. Россию там представляет самая добрая и милосердная душа России, «белый ангел Москвы», Великая княгиня Елисавета Феодоровна Романова.

Подготовил Петр Селинов


 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить